Воскресенье, 11.12.2016, 09:08

     



ПОРТФОЛИО УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА   ВРЕМЯ ЧИТАТЬ!  КАК ЧИТАТЬ КНИГИ  ДОКЛАД УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА    ВОПРОС ЭКСПЕРТУ
МЕНЮ САЙТА

МЕТОДИЧЕСКАЯ КОПИЛКА

НОВЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ

ПРАВИЛА РУССКОГО ЯЗЫКА

СЛОВЕСНИКУ НА ЗАМЕТКУ

ИНТЕРЕСНЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

ПРОВЕРКА УЧЕБНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

Категории раздела
ЛОМОНОСОВ [21]
ПУШКИН [37]
ПУШКИН И 113 ЖЕНЩИН ПОЭТА [80]
ФОНВИЗИН [24]
ФОНВИЗИН. ЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ [8]
КРЫЛОВ. ЕГО ЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ [6]
ГРИБОЕДОВ [11]
ЛЕРМОНТОВ [74]
ЛЕРМОНТОВ. ОДИН МЕЖ НЕБОМ И ЗЕМЛЕЙ [131]
НАШ ГОГОЛЬ [23]
ГОГОЛЬ [0]
КАРАМЗИН [9]
ГОНЧАРОВ [17]
АКСАКОВ [16]
ТЮТЧЕВ: ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК И КАМЕРГЕР [37]
ИВАН НИКИТИН [7]
НЕКРАСОВ [9]
ЛЕВ ТОЛСТОЙ [32]
Л.Н.ТОЛСТОЙ. ЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ [16]
САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН [6]
ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ [21]
ДОСТОЕВСКИЙ. ЕГО ЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ [7]
ЖИЗНЬ ДОСТОЕВСКОГО. СКВОЗЬ СУМРАК БЕЛЫХ НОЧЕЙ [46]
ТУРГЕНЕВ [29]
АЛЕКСАНДР ОСТРОВСКИЙ [20]
КУПРИН [16]
ИВАН БУНИН [19]
КОРНЕЙ ЧУКОВСКИЙ [122]
АЛЕКСЕЙ КОЛЬЦОВ [8]
ЕСЕНИН [28]
ЛИКИ ЕСЕНИНА. ОТ ХЕРУВИМА ДО ХУЛИГАНА [2]
ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ [25]
МАРИНА ЦВЕТАЕВА [28]
ГИБЕЛЬ МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ [6]
ШОЛОХОВ [30]
АЛЕКСАНДР ТВАРДОВСКИЙ [12]
МИХАИЛ БУЛГАКОВ [33]
ЗОЩЕНКО [42]
АЛЕКСАНДР СОЛЖЕНИЦЫН [16]
БРОДСКИЙ: РУССКИЙ ПОЭТ [31]
ВЫСОЦКИЙ. НАД ПРОПАСТЬЮ [37]
ЕВГЕНИЙ ЕВТУШЕНКО. LOVE STORY [40]
ДАНТЕ [22]
ФРАНСУА РАБЛЕ [9]
ШЕКСПИР [15]
ФРИДРИХ ШИЛЛЕР [6]
БАЙРОН [9]
ДЖОНАТАН СВИФТ [7]
СЕРВАНТЕС [6]
БАЛЬЗАК БЕЗ МАСКИ [173]
АНДЕРСЕН. ЕГО ЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ [8]
БРАТЬЯ ГРИММ [28]
АГАТА КРИСТИ. АНГЛИЙСКАЯ ТАЙНА [12]
СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ [33]
ФРИДРИХ ШИЛЛЕР [24]
ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС [11]
СТЕНДАЛЬ И ЕГО ВРЕМЯ [23]
ФЛОБЕР [21]
БОДЛЕР [21]
АРТЮР РЕМБО [28]
УИЛЬЯМ ТЕККЕРЕЙ [9]
ЖОРЖ САНД [12]
ГЕНРИК ИБСЕН [6]
МОЛЬЕР [7]
АДАМ МИЦКЕВИЧ [6]
ДЖОН МИЛЬТОН [7]
ЛЕССИНГ [7]
БОМАРШЕ [7]

Статистика

Форма входа


Главная » Файлы » СТРАНИЦЫ МОНОГРАФИЙ О ПИСАТЕЛЯХ И ПОЭТАХ » СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ

«Маленький принц»
12.12.2015, 11:57

Чистота помыслов Сент‑Экзюпери не обезоруживает его врагов, а, наоборот, подливает масла в огонь их ненависти. Его всячески обливают грязью, пытаются обвинить в том, что он‑де вишийский агент. Его обвиняют даже в трусости.
Генерал де Голль никогда не пользовался популярностью в США. Вашингтон одно время отказывался признать его главой французского временного правительства. Поддержка весьма уважаемого в Америке писателя могла иметь для него значительный интерес. Критическое отношение к себе он воспринимает с озлоблением. Де Голль становится непримиримым врагом Сент‑Экзюпери.
Генерал Шассэн вспоминает:
«В речи о французской Мысли, произнесенной генералом де Голлем в 1943 году на форуме в г. Алжире, речи, в которой он упомянул даже о писателях весьма незначительных, он совершенно умолчал об Антуане де Cент‑Укзюпери».
Злоба и ненависть – плохие советчики, они увлекают этого своеобразно умного и даже одаренного человека на жалкую, недостойную месть: он категорически отказывает Сент‑Экзюпери в праве сражаться за освобождение родины. Ибо с 8 ноября 1942 года дня высадки союзников в Северной Африке, Сент‑Экс неустанно хлопочет о разрешении вступить в военно‑воздушные силы «Сражающейся Франции» в качестве военного летчика.
«Маленький принц» написан в. этот период и вышел в США, когда Сент‑Экзюпери был уже в Алжире. Как и «Послание заложнику», он посвящен Леону Верту.



«ЛЕОНУ ВЕРТУ.
Прошу прощения у детей за то, что посвятил эту книгу взрослому. Но у меня есть для этого уважительная причина: этот взрослый – мой лучший друг. Есть у меня и другая причина: этот взрослый понимает все, даже детские книжки. И еще третья причина: этот взрослый живет во Франции, где ему холодно и голодно. Он нуждается в утешении. Если все эти причины недостаточно вески, я готов посвятить эту книгу ребенку, которым был когда‑то этот взрослый. Все взрослые были раньше детьми. (Но мало кто из них помнит об этом.) Поправляю свое посвящение:
Леону Верту,
когда он был маленьким мальчиком...»

Согласно некоторым свидетельствам, Леон Верт предложил Сент‑Экзюпери написать предисловие К «Военному летчику». То ли между ним и автором возникли некоторые принципиальные разногласия, то ли обстоятельства – трудность переписки в военное время‑помешали осуществлению этого плана. Так или иначе, Сент‑Экзюпери захотел подчеркнуть, что это ни в чем не изменило его отношения к Верту.
Было бы кощунством пытаться пересказать эту очаровательную сказку. Поэзию не пересказывают.
«Мир воспоминаний детства, нашего языка и наших игр... всегда будет мне казаться безнадежно более истинным, чем любой другой», – писал когда‑то матери Антуан. Этот преждевременно полысевший человек, на которого жизненные бури и физические недуги наложили свою неизгладимую печать, и теперь на вопрос, откуда он, мог бы ответить: «Я из моего детства. Я пришел из детства, как из страны...»
И сказка «Маленький принц» – галерея образов, возникающих в мозгу зрелого человека, размышляющего о прожитой жизни, начинается с возврата в мир детства:
«Когда мне было шесть лет, как‑то в книжке о девственном лесе под названием „Рассказы о пережитом" я видел прекрасную картину. На ней был изображен удав, глотающий какого‑то зверя. Вот как выглядел этот рисунок:



В книжке было сказано: «Удавы глотают свою жертву целиком, не разжевывая. Потом они не в состоянии двигаться – шесть месяцев спят и переваривают пищу».
Я в то время много думал о различных происшествиях в джунглях, и с помощью карандаша и красок мне удалось нарисовать свою первую картинку. Мой рисунок номер 1 выглядел вот так:



Я показал этот рисунок взрослым и спросил их, внушает ли он им страх.
Они отвечали: «Почему шляпа должна внушать , страх?»
Мой рисунок изображал вовсе не шляпу. Он изображал удава, переваривающего слона.
Тогда я нарисовал удава в разрезе, чтобы взрослые могли понять. Они всегда нуждаются в объяснениях. Мой рисунок номер 2 выглядел вот так:



Взрослые посоветовали мне бросить изображение удавов, а заняться лучше географией, историей, арифметикой и грамматикой. Так случилось, что шести лет . от роду я был принужден навсегда отказаться от блестящей карьеры художнике. Меня разочаровали неудачи моих рисунков номер 1 и номер 2. Взрослые никогда ничего самостоятельно не понимают, а ведь для детей утомительно всегда и все им разъяснять.
Я был вынужден избрать иную профессию‑научился водить самолеты. Я летал понемногу по всему свету. И география действительно мне порядком пригодилась. С первого взгляда я научился отличать Китай от Аризоны. Это особенно полезно, когда заблудишься ночью.
Благодаря моей профессии я всю жизнь сталкивался со множеством серьезных людей. Я долго прожил среди взрослых. Я наблюдал их вблизи. Это мало улучшило мое мнение о них.
Когда мне встречался какой‑нибудь взрослый, казавшийся мало‑мальски разумным, я проверял на нем впечатление от рисунка номер 1, который всегда хранил. Меня интересовало, насколько этот взрослый понятлив на самом деле. Но всегда получал ответ; «Это шляпа». И тогда я не говорил с ними ни об удавах, ни о девственном лесе, ни о звездах. Я опускался до его уровня: говорил с ним о бридже, о гольфе, о политике и галстуках. И взрослого радовало знакомство со столь рассудительным человеком.

Так жил я одиноко, и мне не с кем было по‑настоящему поговорить до аварии, постигшей меня шесть лет назад над Сахарой. Что‑то сломалось в моем моторе. А так как со мной не было ни механика, ни пассажиров, то надо было попытаться произвести сложную починку самостоятельно. Дело шло о жизни и смерти. Запаса воды хватало едва на восемь дней.
В первый вечер я уснул на песке в тысяче миль от обитаемой земли. Я был оторван от всего более, чем потерпевший кораблекрушение на плоту посреди океана. Представьте же мое удивление, когда на заре меня разбудил странный тоненький голосок. Он произнес:
– Пожалуйста... нарисуй мне барашка!
Я вскочил, как если бы с ясного неба ударил гром. Хорошенько протер глаза. Огляделся. И увидел совершенно необыкновенного человечка, серьезно глядевшего на меня. Вот его портрет, лучший из тех, которые мне впоследствии удалось нарисовать. Мой рисунок, разумеется, куда хуже очаровательного оригинала. Но это не моя вина. Когда мне было шесть лет, взрослые помешали мне стать художником, и я так и не научился ничего рисовать, кроме удава в профиль и в разрезе.
Выпучив от удивления глаза, я уставился на представшее мне видение. Не забудьте, что я находился в тысяче миль от какого бы то ни было жилья! А между тем мой человечек не выглядел ни смертельно усталым, ни умирающим от изнурения, ни изнывающим от жажды. Он ничуть не походил на ребенка, затерявшегося среди пустыни. Когда ко мне вернулась способность говорить, я сказал ему:
– Что ты тут делаешь?
И он повторил совсем тихо, как говорят об очень важном деле:
– Пожалуйста... нарисуй мне барашка...
Когда загадочное так поразительно, невозможно не повиноваться. Как ни казалось мне это нелепым, за тысячу миль от жилья, в смертельной опасности, я вытащил из кармана листок бумаги и авторучку. Но тут же вспомнил: ведь я изучал главным образом географию, историю, арифметику и грамматику; и сказал (с некоторой досадой) маленькому человечку, что не умею рисовать. Однако он возразил мне:
– Ничего. Нарисуй мне барашка!
Я никогда не рисовал барашков и поэтому набросал один из рисунков, на которые только и был способен. Каково же было мое удивление, когда в ответ я услышал:
– Нет! Нет! Не надо мне слона в удаве! Удав очень опасен, а слон занимает много места. Мои владения так малы! Мне нужен барашек. Нарисуй мне барашка!
И я нарисовал.



Человечек внимательно взглянул на рисунок:
– Нет! Этот очень болезненный. Сделай другого! Я нарисовал другого.



Мой друг мило и снисходительно улыбнулся.
– Ты же видишь... Это не барашек, а баран! У него рога...
Я нарисовал еще одного.



Он был отвергнут, как и предыдущие:
– Этот слишком старый! Я хочу, чтобы мой барашек долго жил...
Выведенный из терпения – следовало спешно приступить к починке мотора! – я набросал ящик.



– Это ящик. Барашек, которого ты требуешь внутри!
Но, к моему глубокому удивлению, лицо моего юного судьи засветилось от радости.
– Вот такого как раз я и хотел! Как ты думаешь, много нужно травы этому барашку?
– А что?
– Мои владения так малы...
– Хватит ему травы. Я дал тебе совсем маленького барашка.
Он наклонился над рисунком.
– Не такого уж маленького... Смотри! Он уснул. Вот как произошло мое знакомство с маленьким принцем.

Понадобилось немало времени, прежде чем я понял, откуда он. Маленький принц расспрашивал о многом, но, казалось, не замечал моих вопросов. Случайно оброненные им слова мало‑помалу открыли мне все. Так, когда он впервые заметил мой самолет (я не могу нарисовать мой самолет: это чересчур сложно для меня), он спросил:
– Что это за штука?
– Это не штука. Это летает. Это самолет. Мой самолет.
И я с гордостью объяснил ему, что летаю. Тогда он воскликнул:
– Что? Ты упал с неба?!
– Да, – скромно признался я.
– Вот смешно‑то!
И маленький принц звонко рассмеялся, что меня очень раздосадовало, (Я требую серьезного отношения к моим злоключениям.) Затем он сказал:
– Значит, и ты явился с неба! С какой планеты?
Тайна его присутствия как бы озарилась светом, и я неожиданно спросил:
– Так ты с другой планеты?
Но он не ответил. Тихо качая головой, он рассматривал мой самолет.
– И то верно, на такой штуке вряд ли ты мог явиться издалека...
И он погрузился в раздумье, продолжавшееся довольно долго. Затем вытащил из кармана моего, барашка и сосредоточил все внимание на этом сокровище.
Представляете себе, как я был заинтригован этим полупризнанием о «других планетах»! Я старался выпытать у него как можно больше:
– Откуда ты, маленький человечек? Где «твои владения»? Куда ты собираешься унести барашка?
Задумчиво помолчав, он ответил:
– Удобно, что подаренный тобой ящик ночью может служить ему домиком.
– Разумеется! И если ты будешь хорошим мальчиком я подарю тебе веревку, чтобы привязывать его днем. И колышек.
Мое предложение, казалось, покоробило маленького принца.
– Привязывать? Что за чепуха!
– Но ведь если ты не привяжешь его, он будет бродить повсюду и потеряется...
Мой юный друг снова звонко рассмеялся.
– Куда же он денется?
– Куда‑нибудь. Пойдет все прямо и прямо куда глаза глядят...
На это маленький принц Сказал:
– Какое это имеет значение? Мои владения так малы! – И, может быть, с некоторой грустью добавил: – Все прямо и прямо – далеко не уйдешь...

Вот так я узнал и вторую весьма важную подробность. Родная планета маленького принца была чуть больше обыкновенного дома!
Это не могло меня удивить. Я знал, что, помимо больших планет, таких, как Земля, Юпитер, Марс, Венера, которым дали названия, существуют сотни Других, иногда столь малых, что их почти невозможно различить в телескоп. Когда астроном открывает одну из них, то вместо названия он обозначает ее номером. Он называет ее, например: «Астероид 3251».
У меня есть серьезные основания думать, что Планета маленького принца‑астероид Б 612. Астероид этот был замечен в телескоп всего лишь один раз – В 1909 году турецким астрономом.
Он тогда выступил с большим сообщением о своем открытии на одном Международном конгрессе по астрономии. Но никто не поверил ему из‑за его костюма. Такая уж публика эти взрослые.
К счастью для репутации астероида Б 612, один турецкий диктатор под угрозой смерти заставил свой народ одеваться по‑европейски. Элегантно одетый астроном выступил вновь со своим докладом в 1920 году. На этот раз все с ним согласились.
Если я вам изложил все так подробно об астероиде Б 612, если я доверил вам его номер, то это из‑за взрослых. Взрослые любят цифры. Когда вы рассказываете им о каком‑нибудь новом друге, они никогда не спросят о главном. Они никогда не скажут: «Какой у него голос? Во что он любит играть? Собирает ли он бабочек?» Они спросят: «Сколько ему лет? Сколько у него братьев? Сколько он весит? Сколько зарабатывает его отец?» И только тогда им покажется, что они его знают. Если вы говорите взрослым: «Я видел красивый дом с геранями на окнах и голубями на крыше...» – они не в состоянии представить себе этот дом. Им надо сказать: «Я видел дом который стоит сто тысяч». Тогда они восклицают: «Ах, как это красиво!»
Так, если вы им скажете: «Маленький принц не выдумка. Он был очарователен, смеялся и требовал барашка. А когда хочешь барашка, это значит, что ты существуешь», – они только пожмут плечами и назовут вас ребенком. Но если вы им скажете: «Планета, с которой он явился, – астероид Б 612», – это убедит их, и они оставят вас в покос со своими вопросами. Такая уж это публика! Не надо на них сердиться. Дети должны проявлять терпимость к взрослым.
Но мы‑то, разумеется, понимаем жизнь, и что нам номера!»...

Образы, образы... чередуются, сменяются в мозгу автора – они и прозрачны и в то же время подернуты поэтической дымкой, как это бывает во сне или в грезах наяву. Подобно многим большим художникам пера (вспомним Пушкина, Лермонтова, Гоголя), Антуан испытывает потребность воплотить их не только в словах, но и зафиксировать в красочных рисунках, чтобы они не исчезли, не растворились. Но это трудно, ох, как трудно! Набрасывая образы своей сказки, им части прибегал к зарисовкам с натуры. Зашедшему к нему во время работы приятелю он вдруг говорил:
«О, будьте так любезны, растянитесь на животе! Нет, не так. Согните ноги в коленях и вскиньте их вверх... До чего же трудно рисовать!..»
Результатом такой работы явилось то, что рисунки удивительно гармонично сочетаются в произведении со словесными образами, создавая редкое единство и пластичность целого.
Несмотря на душевную боль, которую не могли не вызывать развороченный ворох воспоминаний и толпящиеся перед внутренним взором образы, Антуан, по свидетельству навещавших его в это время друзей, работал над «Маленьким принцем» с огромным увлечением. Он как бы отводил душу.
«Я был у него в Лонг‑Айленде в большом доме, который он снимал с Консуэло в то время, когда писал „Маленького принца", – вспоминает Андре Моруа. – Работал он по ночам. Вечером, после обеда, он становился разговорчивым, рассказывал что‑нибудь, пел, шутил, показывал карточные фокусы. Около полуночи, когда другие шли спать, он садился за письменный стол. Я засыпал. Часа в два ночи меня будили голоса на лестнице – возгласы: „Консуэло! Консуэло!.. Я голоден... Сделай мне яичницу". Консуэло спускалась. Окончательно проснувшись, я присоединялся к ним, и снова Сент‑Экс много и хорошо говорил. Утолив голод, он опять садился За работу, а мы с Консуэло пытались задремать. Ненадолго. Не проходило и двух часов, как дом оглашался криками: „Консуэло! Мне скучно. Спустись, сыграем партию в шахматы!" Затем, когда мы были снова в сборе, он читал нам то, что только что написал, а Консуэло, сама поэт, предлагала ему разные Остроумные варианты...»
«...Я хотел бы сказать, – пишет Сент‑Экзюпери, – жил‑был однажды маленький принц. Он жил на планете чуть побольше, чем он сам. И ему нужен был друг: для тех, кто понимает жизнь, так было бы куда правдоподобнее...»
Да, возможно, он так бы и сказал, но Антуан еще, хочет верить, он еще не утерял своей жизнерадостности, своего врожденного оптимизма – и из‑под пера его рождается уже знакомый по «Земле людей» и все же совершенно обновленный образ мудрого фенека. И, как и там В пустыне, когда он умирал от голода и жажды, этот образ заставляет его глубже проникнуть в суть вещей.

«Тут‑то и появилась лиса.
– Здравствуй! – сказала лиса.
– Здравствуй! – вежливо отвечал маленький принц. Он обернулся, но не заметил никого.
– Я здесь, – раздался голос из‑под яблони.
– Кто ты? – спросил маленький принц. – Ты так красива...
– Я лиса, – отвечала лиса.
– Поиграй со мной! – предложил маленький принц. – Мне так грустно...
– Не могу я играть с тобой, – отвечала лиса. – Я не приручена.
– Вот как! Прости, – сказал маленький принц.
Но, подумав немного, добавил:
– Что значит «приручить»?
– Ты не здешний, – сказала лиса. – Что ты ищешь?
– Я ищу людей, – отвечал маленький принц. – Что значит «приручить»?
– У людей, – сказала лиса, – есть ружья. И они охотятся. Это большая помеха! Они разводят кур. Только этим они и интересны. Ты ищешь кур?
– Нет, – отвечал маленький принц. – Я ищу друзей. Что значит «приручить»?
– Это давно забытое дело, – молвила лиса. – Это означает «создавать узы»...
– Создавать узы?
– Конечно, – отвечала лиса. – Пока ты для меня лишь маленький мальчик, подобный ста тысячам таких же маленьких мальчиков. Ты мне не нужен. И я тебе не нужна. Я для тебя лишь лиса, подобная ста тысячам таких же лис. Но если ты меня приручишь, мы станем друг другу нужны. Ты будешь для меня единственным в своем роде на всем свете. Я буду для тебя единственной в своем роде на всем свете...
– Я начинаю понимать, – сказал маленький принц. – Есть одна роза... Мне кажется, она меня приручила...
– Возможно, – молвила лиса. – Всякое случается на Земле.
– О! Это не на Земле! – отвечал маленький принц.
Лиса казалась весьма заинтригованной.
– На другой планете?
– Да.
– А на этой планете есть охотники?
– Нет.
– Вот это интересно! А куры?
– Нет.
– Ничто не совершенно! – вздохнула лиса. Однако она тут же вернулась к своей прежней мысли: – Жизнь моя однообразна. Я охочусь за курами – люди охотятся за мной. Все куры похожи одна на другую, и все люди схожи. Поэтому я малость скучаю. Но если ты приручишь меня, жизнь моя как бы озарится солнцем. Я буду узнавать звук шагов, отличный от всех других. Другие шаги заставляют меня зарыться в землю. Твои – вызовут меня, как музыка, из норы. Взгляни! Видишь там хлеба на полях? Я не ем хлеба. Пшеница мне ни к чему. Поля пшеницы мне ничего не говорят. И это грустно! Но у тебя золотистые волосы. И это будет так пре‑, красно, когда ты меня приручишь! Золотистая пшеница будет напоминать мне о тебе. Я полюблю шелест ветра в пшеничных колосьях...
Лиса умолкла и долго смотрела на маленького принца.
– Пожалуйста... приручи меня!‑сказала она.
– С удовольствием! – отвечал маленький принц. – Но у меня мало времени. Мне надо найти себе друзей и еще столько познать!
– Познаешь, только когда приручаешь, – молвила лиса. – Людям некогда и нечего больше познавать! Они покупают у торговцев все готовое. Но торговцев друзьями не существует, и у людей нет больше друзей. Если хочешь иметь друга, приручи меня!
– Что нужно для этого делать? – спросил маленький принц.
– Надо быть очень терпеливым, – отвечала лиса. – Сначала ты сядешь поодаль от меня, вот так, на траву. Я буду следить за тобой уголком глаза, а ты будешь молчать. Речь – источник недоразумений. Но с каждым днем ты сможешь подсаживаться все ближе и ближе...
И маленький принц явился на следующий день.
– Было бы лучше приходить всегда в том же часу, – сказала лиса. – Если, например, ты будешь являться в четыре пополудни, с трех я уже начну радоваться. Чем ближе будет час твоего прихода, тем все счастливее я стану. В четыре часа я начну уже сгорать от нетерпения и беспокойства. Я открою цену счастья! Если же ты будешь приходить, когда придется, я никогда не буду знать, на какой час настроить сердце... Нужна обрядность.
– Что такое «обрядность»? – спросил маленький принц.
– Это тоже нечто давно забытое, – отвечала лиса. – Это то, что отличает один день от другого, один час от другого. Обрядность существует, например, у моих охотников. По четвергам они пляшут с деревенскими девушками. Поэтому четверг – прекрасный день! Я совершаю прогулку до виноградника. Если бы охотники плясали каждый день, все дни походили бы один на другой, и у меня не было бы каникул.
Итак, маленький принц приручил лису. И когда стал приближаться час расставания:
– Ах!.. Я заплачу... – вымолвила лиса.
– Ты сама виновата, – сказал маленький принц. – Я желал тебе только добра, но ты захотела, чтобы я тебя приручил...
– Конечно, – сказала лиса.
– Но ведь ты теперь будешь плакать! – воскликнул маленький принц.
– Конечно, – вымолвила лиса.
– Вот ты ничего и не выиграла!
– Выиграла, – отвечала лиса. – А цвет пшеницы? – И она добавила: – ...Я открою тебе один секрет. Он очень прост: хорошо видишь только сердцем. Главное скрыто от глаз».

И в то же время, какая внутренняя трагедия звучит в одиноком крике в человеческой пустыне когда маленький принц появляется на Земле:
«Маленький принц поднялся на высокую гору. Единственные горы, которые он когда‑либо видел, были три доходившие ему до колен вулкана. „С такой высокой горы, – подумал он, – я разом увижу всю планету и всех людей..." Но он не увидел ничего, кроме остро отточенных скалистых игл.
– Здравствуйте! – сказал он на всякий случай.
– Здравствуй... здравствуй... здравствуй... – отвечало. эхо.
– Кто вы? – спросил маленький принц.
– Кто вы... кто вы... кто вы... – отвечало эхо.
– Будьте моими друзьями, Я так одинок! – сказал он.
– Я одинок... я одинок.. я одинок... – отвечало эхо».

Людям, стремящимся непременно раскрыть аллегории и спорящим: «Роза – это Консуэло!» – «Нет, это Франция!» – «Лиса – это дружба!» – «Нет, это подруга». – «Нет, это Леон Верт». – «Баобаб – это зло вообще?» – «Нет, это фашизм» и т. д. и т. д., – можно смело ответить: «Да, вы правы, вы все правы. Эта аллегорическая сказка дает возможность читателю наполнить каждое слово текста наиболее близким ему содержанием, облечь каждый образ в, реальную форму. Ибо внутреннее содержание этих форм – непосредственное отражение жизни».
Однако трудно все же отказаться от мысли, что маленький принц‑это сам Сент‑Экс, Хотел или не хотел того автор, но лучше всего он как бы воплотил и охарактеризовал самого себя. И разве не основной урок жизни заключается для него в простых словах, вложенных в уста маленького принца:
«– Люди у тебя на Земле, – сказал маленький принц, – выращивают пять тысяч роз в одном саду... и не находят того, чего ищут...
– Да, не находят... – подтвердил я.
– А между тем то, чего они ищут, можно бы найти в одной‑единственной розе или в глотке воды...
– Конечно, – ответил я.
И маленький принц добавил:
– НО ГЛАЗА СЛЕПЫ, НАДО ИСКАТЬ СЕРДЦЕМ!»

«Маленький принц» – это своего рода завещание идеалов, кодекс чистой морали.
«Нужно суметь прочесть в простых словах этой сказки много настоящей боли, – говорит Пьер Дэкс, – самую душераздирающую драму, когда‑либо выпавшую на долю человека. Требования, предъявляемые Сент‑Экзюпери к людям, слишком велики, чересчур возвышенны для общества, в котором он жил...»

Категория: СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ | Добавил: admin | Теги: биография Сент-Экзюпери, творчество Сент-Экзюпери, Антуан Сент-Экзюпери, книга о Сент-Экзюпери, Маленький принц
Просмотров: 142 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
ВИДЕОУРОКИ
ОБУЧАЮЩИЕ ФИЛЬМЫ ПО
   РУССКОМУ ЯЗЫКУ

ОТКРЫТЫЕ УРОКИ ДМИТРИЯ
   БЫКОВА

СКАЗКА

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ

ЛЕКЦИИ ПО РУССКОЙ
   ЛИТЕРАТУРЕ


ВИДЕОУРОКИ ЛИТЕРАТУРЫ В
   11 КЛАССЕ


ПИСАТЕЛЬ КРУПНЫМ ПЛАНОМ

ТВОРЧЕСТВО ГОГОЛЯ

ТВОРЧЕСТВО САЛТЫКОВА-
   ЩЕДРИНА


ТВОРЧЕСТВО НЕКРАСОВА

ЛИТЕРАТУРА ВОЕННЫХ ЛЕТ

РОДОВОЕ ГНЕЗДО ПИСАТЕЛЯ

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

***

АНТИЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА

МИРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА. ХХ ВЕК

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА
***

ЛИТЕРАТУРНЫЕ
   ПРОИЗВЕДЕНИЯ НА БОЛЬШОЙ
   СЦЕНЕ



ПИСАТЕЛИ И ПОЭТЫ

ДЛЯ ИНТЕРЕСНЫХ УРОКОВ

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

КРАСИВАЯ И ПРАВИЛЬНАЯ РЕЧЬ

ПРОБА ПЕРА

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ

Поиск

"УЧИТЕЛЬ  СЛОВЕСНОСТИ"
РЕКОМЕНДУЕТ








ПАН ПОЗНАВАЙКО


Презентации к урокам


портрет Пушкина
ВЫШИВАЕМ ПОРТРЕТ ПИСАТЕЛЯ
Друзья сайта

  • Создать сайт
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты

  • Copyright MyCorp © 2016  Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru Каталог сайтов и статей iLinks.RU Каталог сайтов Bi0