Вторник, 06.12.2016, 08:41

     



ПОРТФОЛИО УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА   ВРЕМЯ ЧИТАТЬ!  КАК ЧИТАТЬ КНИГИ  ДОКЛАД УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА    ВОПРОС ЭКСПЕРТУ
МЕНЮ САЙТА

МЕТОДИЧЕСКАЯ КОПИЛКА

НОВЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ

ПРАВИЛА РУССКОГО ЯЗЫКА

СЛОВЕСНИКУ НА ЗАМЕТКУ

ИНТЕРЕСНЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

ПРОВЕРКА УЧЕБНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

Категории раздела
ПОЭТИКА ДРЕВНЕРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ [35]
ПО СТРАНИЦАМ БЫЛИН [29]
РУСЬ КНИЖНАЯ [9]
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СИМВОЛ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» [17]
ПУТЕШЕСТВИЕ В СТРАНУ ЛЕТОПИСЕЙ [40]

Статистика

Форма входа


Главная » Статьи » ДРЕВНЕРУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА » ПУТЕШЕСТВИЕ В СТРАНУ ЛЕТОПИСЕЙ

Эпилог

Неожиданное восклицание, завершившее последнюю главу, вероятно, привело в немалое смущение читателя, уже предвкушавшего давно заслуженный отдых после длительных летописных странствий: неужели конец нашего повествования грозит превратиться в начало нового? Но поспешим читателя успокоить: мы лишь заглянем в непройденные нами части громадного мира летописей…

* * *

«Из «Повести временных лет» можно, вероятно, выделить «Повесть древних лет», но это было бы, скорее, дело художественное, чем ученое…» Эти слова сказаны около 100 лет назад известным историком Н. И. Костомаровым. Они свидетельствуют о том, что некоторые специалисты уже давно допускали существование какого-то «донесторового» летописания («Повесть древних лет»), но поиски его считали делом безнадежным или, как заметил не без усмешки Костомаров, «скорее, делом художественным». Но прошло всего несколько десятилетий, и «дело ученое» было сделано. Наука проникла наконец в таинственную и совершенно не исследованную область такого древнего летописания, о котором до тех пор и думать не решились.

Геологам известно, что древнейшие пласты, относящиеся к ранней истории земли, выходят кое-где на самую поверхность, открыто предъявляя свидетельства о давно прошедших событиях и исчезнувших обитателях планеты.

Подобное случается также в мире старых книг и летописей. Внимательно изучая их, можно вдруг натолкнуться на «древнейшие слои» — тексты давно погибших рукописей, неведомо как забредшие на страницы книг, созданных в более поздние века.

Но не каждому откроются замаскированные памятники минувшего: сотни лет ученые равнодушно расхаживали по интереснейшим отложениям геологических эпох, о том даже не подозревая. Так же и многие поколения филологов и историков пробегали глазами по строчкам древнейших «пластов», не замечая их.

А «геолог», который первым обнаруживает в летописи невидимые слои, — это все тот же великий разгадчик Алексей Александрович Шахматов.

«Выход древних пород» он открывает на сей раз у берегов Волхова, в Великом Новгороде.

Новгородская республика, конечно, вела свои летописи. Они дошли до наших дней в довольно большом количестве. В их числе находится и так называемая Новгородская первая летопись, составленная около 1435 года. Она подробно рассказывает о главных событиях в Новгороде в течение ряда веков. Однако на первых нескольких десятках листов наряду с новгородскими встречается немало киевских известий: походы первых князей на Царьград, крещение Руси и много других записей, уже знакомых нам по «Повести временных лет». Можно подумать, что какой-то новгородский монах получил из Киева список Несторовой летописи и, как водилось, поместил ее текст перед своим.

Однако начало Новгородской летописи совсем не такое, как в Лаврентьевском, Ипатьевском и других знакомых нам списках.

На первом же листе: «Временник, в котором помещается летописание князей и земли Русской, и как избрал бог страну нашу на последнее время, и грады начали бывать по местам, прежде Новгородская волость, потом Киевская, и о доставлении Кия, как во имя его назвался Киев…»

Куда-то исчезло привычное «Се повести временных лет». Нет никаких намеков на черноризцев. Труд назван «Временником», что означает примерно то же, что и «Повесть временных лет», то есть «Рассказ о временах».

Приглядевшись к первым страницам той же летописи, Шахматов замечает еще кое-какие непривычные явления. Наряду с целыми листами, дословно совпадающими с Несторовым летописанием, наблюдаются и большие отличия: многие интересные легенды и сведения, имеющиеся в «Повести временных лет», здесь отсутствуют.

Первая дата у Нестора — 852 год, а здесь 854. Рассказ о смерти «Вещего Олега» в «Повести временных лет» датируется 912 годом, во «Временнике» — 922. Нестор не утверждает прямо, какой город древнее — Киев или Новгород, хотя все его симпатии на стороне приднепровской столицы. А Новгородский свод в первых же строках извещает, что «прежде Новгородская волость, потом Киевская…»

Выводы Шахматова, как всегда, столь же дерзки, сколь и обоснованны: в начале Новгородской летописи помещена не «Повесть временных лет» в какой-то новой редакции, а летописное произведение более древнее, чем труд Нестора!

Уже один этот вывод — очень важное открытие. Но Шахматов, как всегда, идет дальше и делает интересную попытку определить, кто, где и когда написал этот труд. Вопрос «где» кажется самым легким: если текст не встречается ни в каком другом летописании, кроме Новгородского, да к тому же с первых строк стремится возвеличить северную столицу, то как будто бы ясно, что «Временник» родился на берегах Волхова и Ильменя.

Но, как часто бывает в науке, самое очевидное — не всегда самое правильное! Родиной этой летописи оказался… Киев, мало того — тот же Киево-Печерский монастырь, где впоследствии была создана «Повесть временных лет».

Хотелось бы воспроизвести ход мысли Шахматова, однако подобный разбор доказательств великого ученого нарушит необходимую краткость эпилога… Выводы, только выводы!

Определив место рождения «Временника» — Киев и Печерский монастырь, — Шахматов сразу устанавливает исторический период, к которому можно отнести создание летописи: не раньше середины XI века, когда образовалось Печерское братство, и не позже 1100 года, когда уже писал Нестор.

Но полвека слишком большой промежуток, и мысль ученого последовательно «сжимает» это пятидесятилетие, исключая из него год за годом, пока не получается точный, особенно для такой глубокой древности, результат: между 1093 и 1095 годами. Таким образом «Временник» родился всего лишь за несколько лет до Несторовой летописи.

Мореплаватель, впервые увидевший неизвестную землю, имеет право дать ей имя. Такое же право дано ученому, извлекшему из бездонного моря прошлого совершенно неизвестный труд.

Шахматов награждает «новую» летопись именем почетным: «Начальный свод».

Вслед за тем удалось отыскать и автора… Им оказался печерский игумен Иван, тот самый, который резко осудил бесчинства князя Святополка, за что и был отправлен в ссылку.

Хотя Иван писал в самом конце XI века, то есть незадолго до Нестора, — то было совсем иное время. После 1100 года монастырь и князь живут в мире, но во времена Ивана печерцы еще открыто обличают княжеские раздоры и «несытства», разоряющие и ослабляющие Русскую землю. И такой же мятежной, дерзкой была летопись.

Эту крамольную летопись Нестор читает и использует, смягчая во многих местах ее смелый дух во избежание княжеской немилости. Но зато автор «Повести временных лет» вносит в свою летопись факты и даже целые истории, которых в труде его предшественника не было.

Почему же «Начальный свод» не появился в своем подлинном виде ни на своей родине — в Киеве, ни в других близких княжествах, а лишь в далеком Новгороде? Когда и при каких обстоятельствах произошло удивительное переселение летописи игумена Ивана на север?

Сам Шахматов не успел дать полного и четкого ответа на эти сложные вопросы. Это сделали советские ученые (хотя некоторые обстоятельства и поныне неизвестны). Не углубляясь в подробности, заметим только, что «Начальный свод», столь непочтительный в отношении князей, должен был прийтись по сердцу новгородцам, племени буйному и непокорному.

Обнаружив летопись Ивана, Шахматов одно время считал, что уж она-то, безусловно, древнейшая, начальная.

Но прошло всего несколько лет, и тот же «охотник» добывает еще более древнюю «добычу».

* * *

На этот раз все было еще проще. Неизвестная летопись была… в самой «Повести временных лет».

Шахматов частенько размышлял, почему в одном из разделов Несторова труда оказались точные даты.

1061 год. «Пришли половцы впервые на Русскую землю… Всеволод же вышел навстречу им, месяца февраля 2-го».

1066 год. «Умер Ростислав князь Тьмутараканский 3 февраля».

1067 год. «Встретились князья на Немиге 3 марта… 10 июля поцеловали крест честной Всеславу» и т. д.

В древности события с такой точностью мог зафиксировать только очевидец, современник. Через несколько лет было бы почти невозможно установить месяц и день какого-нибудь события. Время работы Нестора определили по таким датам, встречающимся в тексте летописи, как «1110 год 11 февраля в 1 час ночи…», «1107 год февраля 5… перед рассветом» и т. д.

Нестор в 1061–1067 годах был ребенком. К своему труду приступил сорок лет спустя. Однако эти точные сведения за шестидесятые годы XI века помещены в его летописи. Значит, он сам их заимствовал из чьих-то записей… Может быть, игумен Иван? Но и его время — 1093–1095 годы, на 30–35 лет позже.

Ясно, что в 60-е годы XI века делал записи какой-то еще более удаленный от нас летописец. Казалось бы, уж ничего больше не узнать — ведь в отличие от работ Ивана и Нестора здесь не сохранилось ни начала, ни конца, ни заглавия, ни каких-то других характерных признаков древнего свода. Остались лишь крупицы, несколько отдельных записей, переписанных Нестором, просеянных через труды его многочисленных продолжателей и дошедших к нам примерно через десятые руки.

И все же Шахматов предпринимает новые своеобразные раскопки древнего текста. Результат оказывается чрезвычайно интересным: выясняется, что летопись велась в период 1061–1073 годов в том же Киеве, в той же Печерской обители! Да и с автором читатель уже неоднократно встречался: это — Никон или, согласно патерику, Великий Никон, тот, кто одним из первых поселился в печерке, кто дважды покидал Киев, не желая мириться с княжеским произволом, а впоследствии был печерским игуменом. О существовании летописи Никона никто не догадывался до начала XX века.

Оказывается, в темных пещерах и в монастыре, воздвигнутом потом над ними, печерские отшельники издавна вели записи увиденного и услышанного. Может быть, юный Нестор еще до пострижения знал о печерском летописании и втайне мечтал приобщиться к нему?

«Свод Никона», конечно, — первая печерская летопись; ведь всего за несколько лет до нее сошлись в пещерах близ Днепра первые схимники.

* * *

Чем древнее, тем труднее находить летописные следы, тем больше приходится идти на ощупь.

Вместо привычных странствий по началу XII века ученый отправляется в отдаленные края, в XI столетие.

После долгого пути он останавливается на записи 1037 года. Здесь — похвала Ярославу Мудрому за распространение христианской веры, строительство церквей, переписку книг. Особо отмечается и превозносится великолепный Софийский храм, сооружение которого только что закончилось.

Эта летописная статья довольно подробная, а после нее идут короткие, большей частью не киевские, а новгородские известия. Прославление князя и Софийского храма было бы вполне уместно в конце повествования, где подводятся какие-то итоги. Поэтому Шахматов предполагает, что в 1037–1039 годах в Киеве был закончен «Древнейший свод» (ученый снова рискует и дает столь обязывающее название). Поскольку в конце особо восхваляется София, а Софийский собор был главным на Руси, митрополичьим, Шахматов заключает, что составляли летопись в Софийском храме, автором же мог быть тогдашний митрополит, грек Феопемпт, или кто-то из его приближенных…

Анализ «Древнейшего свода» был Шахматовым только начат. Он очень радовался, что удалось забраться в такие глубины, и понимал, что многое еще сомнительно. Действительно, ряд предположений Шахматова советские ученые не подтвердили. Д. С. Лихачев и другие исследователи обратили внимание на то, что в некоторых летописных статьях, составленных не позже 30—40-х годов XI века (то есть входивших в «Древнейший свод»), есть удивительные совпадения, иногда почти дословные, со знаменитым «Словом о законе и благодати», принадлежавшем Илариону, первому русскому митрополиту. Получается, что Иларион, возможно, был и автором «Древнейшего свода». Роль этого человека в древнерусской литературе оказывается более значительной, чем предполагалось. С именем Илариона, как известно, связана история возникновения печерского братства. (Ведь в «печерку» Илариона пришел потом Антоний и другие старцы.)

Выходит, что Печерский монастырь был причастен даже к созданию «Древнейшего свода»!

Между прочим, существует еще очень смелое и спорное предположение крупнейшего знатока летописей М. Д. Приселкова, что Иларион и Никон — одно лицо!

Если эта гипотеза верна, то перед нами крупнейший древнерусский писатель, историк, общественный деятель, автор двух летописных сводов, «Слова о законе и благодати».

Но это и особая тема, которую минем…

И подведем итоги.

Благодаря Шахматову и его продолжателям картина как будто ясна: Нестор был четвертым летописцем. То, о чем мы рассказывали, схематично выглядит так:

Путешествие в страну летописей - i_014.jpg

Так возродились давно исчезнувшие рукописи. Перелистывая Лаврентьевскую или Ипатьевскую летопись, специалисты теперь знают первого автора почти каждой записи: этой — Нестор, той — Никон, вот известие, заимствованное из «Древнейшего свода», а рядом с ним — из «Начального»…

Нестор и последующие переписчики относились с большим уважением к тексту своих предшественников и переносили его в свои рукописи без больших поправок или изменений. Из-за этого и возникали некоторые противоречия. Никон, например, записал около 1070 года, что есть язва на главе Всеслава «до сего дня». Нестор, переписывая это место уже после смерти Всеслава, то ли не заметил, что известие устарело, то ли не захотел исправлять: во всяком случае в «Повесть временных лет» эти строки вошли неизменными. Сильвестр и третий редактор «Повести» поступили так же, а вслед за ними поколения летописцев аккуратно переносили на пергамен старинный текст. Хотя бывали при переписке ошибки и пропуски, но все же основная масса древнейших записей была бережно перенесена через века. В 1377 году Лаврентий тоже записал, что язва у Всеслава «до сего дня», хотя уже минуло 275 лет после смерти полоцкого князя.

Но мы должны быть благодарны древним переписчикам за их невнимательность, случайную или нарочитую. Ведь мы видели, что летописные ошибки, недомолвки, противоречия помогли открыть древних авторов и прочесть их произведения.

Что же Нестор? Умаляет ли исторические заслуги печерского черноризца появление у него трех предшественников? Ведь ясно, что ряд записей в «Повести временных лет» заимствован из более древних сводов: крещение Руси, например, описывается еще в «Начальном своде» и, как доказал Шахматов, даже в более ранних летописях. Рассказ о смерти Игоря, с которым древляне расправились за чрезмерную жадность, многие известия о походах и битвах «незапамятных времен», значительное число прекрасных древних легенд — все было уже в летописи Никона. А похвала Ярославу Мудрому взята из «Древнейшего свода». Унаследовал Нестор и летописную форму, структуру повествования: сначала вводная часть, потом изложение событий по годам. Так построен «Начальный свод», летопись Никона, такова и «Повесть временных лет».

Но печерский черноризец, подобно искусному архитектору, так застроил доставшийся ему «каркас», что получилось законченное творение, равного которому по цельности и завершенности Русь еще не знала. Отделив записи предшественников, поправки редакторов и переписчиков, мы сразу увидим то оригинальное, что внесено в «Повесть временных лет» самим Нестором.

Во-первых, именно Нестор ввел множество известий и подробностей, отсутствующих у его «летописных предков»: исторические познания черноризца были значительно шире.

Достаточно вспомнить, что Нестор начинает свой труд с обстоятельного введения, повествующего о народах, населяющих землю, и древнейших судьбах славян, и лишь после этого начинается изложение исторических событий по годам. Эта часть ни у кого не заимствована; в «Начальном своде» даты следуют сейчас же после очень краткого введения.

Во-вторых, печерский черноризец не только дополнял летописный текст, доставшийся от предшественников, но и исправлял его.

Многие события предшественники Нестора не датировали, ограничиваясь словами «в си же времена». Нестор же почти всегда указывает дату случившегося, пусть не всегда верную, но полученную путем сложных для того времени расчетов и выкладок. Чем ближе к своему времени, тем более содержательны и точны его записи.

Нестор проделал в «Повести» немалую научную работу, для своего времени — значительную.

Но и это еще не все. Нестор был, без сомнения, и очень талантливым писателем. Его серьезный исторический труд — это увлекательный рассказ, в котором мы находим интереснейшие подробности, народные легенды, художественные описания. Многим местам «Повести» придает особенную живость рассказ, ведущийся от имени самого автора, в первом лице: «Я слышал… Я видел… Я расскажу…» Десятки и сотни летописцев мечтали сравниться в знаниях и мастерстве с автором «Повести временных лет». Если же мы вспомним о передовых идеях печерского летописца, его патриотизме, его призывах к единству русской земли, то легко поймем, почему и в XII, и в XV, и в XVII столетиях в Киеве и Москве, Чернигове и Твери, Галиче и Суздали летописный труд начинали словами: «Се повести временных лет…»

Но слава Нестора не заслонит заслуг Ивана, Никона, Илариона и других замечательных древних историков и писателей. Без них русская летопись не могла бы появиться. До открытий Шахматова их труды приписывались либо Нестору, либо Сильвестру. Теперь же совершенно ясно: русская летопись с самого начала была огромным коллективным трудом, и если можно говорить о Несторе как о первом историке древней Руси, то лишь в том же смысле, в каком принято говорить о Пушкине, как основоположнике современной русской литературы, хотя ему предшествовали такие крупные писатели, как Державин, Радищев, Карамзин. Пушкин поистине велик, но никому не придет в голову свести всю русскую литературу к его творчеству.

Так на Руси родилось «летописание книжное»…

Категория: ПУТЕШЕСТВИЕ В СТРАНУ ЛЕТОПИСЕЙ | Добавил: admin (24.08.2015)
Просмотров: 228 | Теги: русская литература, ДРЕВНЕРУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА, Летописи, литература ХI-ХII веков, изучение литературы в школе | Рейтинг: 0.0/0
ВИДЕОУРОКИ
ОБУЧАЮЩИЕ ФИЛЬМЫ ПО
   РУССКОМУ ЯЗЫКУ

ОТКРЫТЫЕ УРОКИ ДМИТРИЯ
   БЫКОВА

СКАЗКА

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ

ЛЕКЦИИ ПО РУССКОЙ
   ЛИТЕРАТУРЕ


ВИДЕОУРОКИ ЛИТЕРАТУРЫ В
   11 КЛАССЕ


ПИСАТЕЛЬ КРУПНЫМ ПЛАНОМ

ТВОРЧЕСТВО ГОГОЛЯ

ТВОРЧЕСТВО САЛТЫКОВА-
   ЩЕДРИНА


ТВОРЧЕСТВО НЕКРАСОВА

ЛИТЕРАТУРА ВОЕННЫХ ЛЕТ

РОДОВОЕ ГНЕЗДО ПИСАТЕЛЯ

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

***

АНТИЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА

МИРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА. ХХ ВЕК

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА
***

ЛИТЕРАТУРНЫЕ
   ПРОИЗВЕДЕНИЯ НА БОЛЬШОЙ
   СЦЕНЕ



ПИСАТЕЛИ И ПОЭТЫ

ДЛЯ ИНТЕРЕСНЫХ УРОКОВ

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

КРАСИВАЯ И ПРАВИЛЬНАЯ РЕЧЬ

ПРОБА ПЕРА

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ

Поиск

"УЧИТЕЛЬ  СЛОВЕСНОСТИ"
РЕКОМЕНДУЕТ








ПАН ПОЗНАВАЙКО


Презентации к урокам


портрет Пушкина
ВЫШИВАЕМ ПОРТРЕТ ПИСАТЕЛЯ
Друзья сайта

  • Создать сайт
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты

  • Copyright MyCorp © 2016  Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru Каталог сайтов и статей iLinks.RU Каталог сайтов Bi0