Вторник, 06.12.2016, 17:10

     



ПОРТФОЛИО УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА   ВРЕМЯ ЧИТАТЬ!  КАК ЧИТАТЬ КНИГИ  ДОКЛАД УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА    ВОПРОС ЭКСПЕРТУ
МЕНЮ САЙТА

МЕТОДИЧЕСКАЯ КОПИЛКА

НОВЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ

ПРАВИЛА РУССКОГО ЯЗЫКА

СЛОВЕСНИКУ НА ЗАМЕТКУ

ИНТЕРЕСНЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

ПРОВЕРКА УЧЕБНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

Категории раздела
ПОЭТИКА ДРЕВНЕРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ [35]
ПО СТРАНИЦАМ БЫЛИН [29]
РУСЬ КНИЖНАЯ [9]
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СИМВОЛ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» [17]
ПУТЕШЕСТВИЕ В СТРАНУ ЛЕТОПИСЕЙ [40]

Статистика

Форма входа


Главная » Статьи » ДРЕВНЕРУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА » ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СИМВОЛ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ»

Игорь соколом летит

Солнце даёт Игорю, находящемуся в половецком плену, новое ярчайшее знамение: «Прысну море полунощи, идутъ сморци мьглами… Погасоша вечеру зари. Игорь спитъ, Игорь бдитъ, Игорь мыслию поля меритъ отъ великаго Дону до Малаго Донца». О каком море идёт речь? Ведь Игорь сидит в плену, далеко от какого‑либо географического моря. Здесь, как и раньше, речь идёт о Море мифологическом, но не о Синем, Южном, а о Северном, Полуночном. Теперь для Игоря в этом направлении находилась Русь, его Родина. Море Полуночное пришло в сильное волнение, и по небу, покрытому тучами, пошли всполохи (сморци) Северного Сияния. На языке символического иносказания, которым разговаривает с человеком Природа, увиденное Игорем прочитывалось примерно так: Солнце даёт ему знак, что пора бежать из Тьмы плена, и в Облачной, Темной Ночи указывает Сиянием направление побега. А Вечерние Зори оно, Солнце, погасило, чтобы они не сбивали Игоря с северного пути на западный.

Если понимать текст в таком духе, то пресловутое противоречие между предложениями «прысну море полунощи» и «погасоша вечеру зари» оказывается мнимым. Северное Сияние наиболее интенсивным бывает как раз в вечерние, дополуночные часы. Алогизм возникает лишь тогда, когда первое предложение понимается так: «Вспенилось море в полуночи…», а заря погасла потом, ибо на широте Киева и южнее заря даже в летнее время угасает до полуночи. Всё дело в том, что Поэт изобразил не некое, невесть где находящееся географическое «море, взволновавшееся в полночь», а всполохи Моря Полуночи, т. е. небесное сияние северной части космического Моря — Океана.

Символические образы подготовки Игоря к побегу дополняют и объясняют друг друга, оставляя полную свободу для нашего воображения о том, в какое время года он бежал из плена.

Игорь, кажется, только и ждал знамения Солнца, так как вполне был готов к побегу. Его мысль и его чувства, словно трепетные мембраны, настроились на восприятие Природы. Его душа теперь чутка к «указаниям» Солнца и ко всем другим голосам и знакам Природы. С начала и до окончания побега он изображается её послушным учеником. Вся цепь отождествлений Игоря с животными и птицами (горностаем, гоголем, соколом и т. д.), которым он подражает, означает не только его слияние с Природой и спасительный союз с нею, но и преображение его души за время плена, без чего союз был бы, разумеется, немыслим.

Вместе с Игорем бежал половец Овлур, и это было немалой удачей, ибо он, конечно, знал степные дороги. Беглецы были уверены, что за ними вскоре бросится погоня, а потому скакали с предельной быстротой, держа и ночью («подъ мылами») «заданное» Солнцем направление («идутъ сморци мьглами»). Наверное, Игорь и Овлур не запасались пищей на дорогу, чтобы не выдать замысла побега, и потому им приходилось добывать себе пропитание охотой, «избивая гуси и лебеди завтроку, и обеду, и ужине». Отметим одну семантическую тонкость: чтобы слово «лебеди» не прочитывалось здесь символически, то есть в значении «враги», Поэт добавляет перед ним слово «гуси». Таким образом получилось словосочетание «гуси и лебеди» со значением «птицы, на которых охотится и сокол, и человек». Без слова «гуси» текст должен был бы толковаться иносказательно, так как слово «лебедь» уже трижды было употреблено в значении «половец, враг». Но Поэт этого, разумеется, не хотел, ибо тогда получилась бы нелепица, будто Игорь и Овлур завтракали, обедали и ужинали убитыми врагами.

Многодневная гонка закончилась, как и следовало ожидать: «ведь они надорвали своих быстроногих коней». Случилось это где‑то у реки Донец, уже в пределах русской территории, о чём свидетельствует мирный, дружеский диалог Донца и Игоря.

Донец, как в сказке, обращается к Игорю на его родном языке и даёт оценку побегу: «Князь Игорь! Немало тебе славы, Кончаку — досады, а Русской земле — отрады!». Оценка лестная, и, наверное, не вымышленная Поэтом, а существовавшая на Руси, конечно, не обязательно в художественной форме. Донец выражает мнение тех, кто относится к Игорю, как сам Донец, то есть мнение друзей Игоря. Побег в оценке Донца — событие общерусское и внешнеполитическое, не рядовое, а весьма заметное.

Слова Донца взволновали Игоря, и он раскрыл ему свою душу. Ответ, выдержанный в иносказательном ключе, поражает и неожиданностью и глубиной. Многозначительна сама форма обращения Игоря к Донцу: «О Донче!» Интонация и экспрессия, как в обращении Ярославны к Ветру или Днепру, почтительная, всерьёз уважительная. Одно это свидетельствует о глубокой внутренней перемене Игоря за время плена. Ведь перед походом он пренебрёг дружеским предупреждением самого Солнца! Еще более характерно для нового Игоря, что он решительно не принимает щедрой похвалы и скромно, но убеждённо переадресовывает её Донцу, который сделал всё, что мог, для Игоря, попавшего в беду: «О Донче! Не мало ти величия…» Игорь не сказал «и тебе», или «и тебе тоже», или как‑либо так, чтобы хоть частично сохранить за собой отзыв Донца. Напротив. Подчеркнуто повторив оценку, он в полной мере возвращает её Донцу. Поэт, несомненно, согласен с Игорем, так как даёт ему слово для доказательства своей правоты: «Немало тебе славы: ты лелеял князя на волнах, подстилал зелёную траву на серебряных брегах, одевал туманом тёплым под сению дерев зелёных, охранял — гоголем на воде, чайкой над рекой, чернятью на ветрах». Игорь говорит о себе в третьем лице, и это придаёт его словам весомую объективность. Вместе с тем тут содержится глубокая самохарактеристика Игоря, способного ныне на трезвую, беспристрастную оценку своего поступка. Перед походом у него такой способности не было. Тогда его разум был в плену страстей и желаний. Трагические события последних месяцев перевоспитали Игоря и в этом отношении.

Поэт не показывает диалектики душевного преображения Игоря, а лишь фиксирует её результаты. И, как всегда, начинает с главных. Их два: изменение взаимоотношений с Природой и изменение отношения к самому себе.

Донец одушевлён. Все его атрибуты, кроме речи, взяты от Природы, а не от человека. Донец изображается только в виде реки. Она течёт, у неё есть берега, на ней плавают и над ней летают птицы, но вместе с тем сама река, её берега и все окружение действуют, как разумные существа, подчинённые единой воле. Донец, хотя и не изображается человеком, но, словно равный с равным, беседует с князем.

Донец принимал Игоря как заботливый хозяин–друг принимает гостя, милого сердцу. Он предоставил ему в распоряжение самого себя («лелеял князя на волнах»), двух своих ближайших, мудрых друзей («подстилал зелёную траву на серебряных брегах»), друзей из своего окружения («одевал туманом тёплым под сению дерев зелёных»), своих зорких и надёжных слуг («охранял — гоголем на воде, чайкой над рекой, чернятью на ветрах»), Донец — идеальный образ Друга, символ Друга, которым может быть и Человек и Природа. Игорь, счастливо вырвавшийся из Тьмы плена, полон раздумий об этом. И благодарен, искренне и глубоко, всем друзьям — от Солнца, Овлура до Донца и чернети. Чувство благодарности и признания подлинных заслуг друзей — ещё одна новая особенность характера преображённого Игоря. Оно скрепляет его спасительный языческий союз с Природой.

К Игорю пришло прозрение. Пришла мудрость. Его душа ожила, в ней заиграли отзывчивые струны сочувствия, взаимопонимания, дружелюбия. А разум Игоря иначе, под другим углом, стал оценивать события настоящего, недавнего и далёкого прошлого.

Игорю вспомнился 1093 год. Память включилась по ассоциативной связи двух побегов от половцев — его, Игоря, в 1185 году и другого русского князя в 1093 году, — побегов, в которых участвовали две русские реки, Донец и Стугна. Тогда, почти 100 лет назад, половцы несколько раз в течение года наносили русским тяжёлые поражения. Их пособником была река Стугна, в бурных, разлившихся от дождей водах которой утонул молодой князь Ростислав, брат Владимира Мономаха. Тогда войска половцев разгромили дружины Мономаха, и сам он чуть не погиб в Стугне, когда спасал брата.

Рассказ о событиях на Стугне написан в ключе закрытого художественного символа. «Не такая, увы, Стугна–река: мелким ключом течёт, но, чужие ручьи и потоки пожрав, бурлит, ширится к устью. Затянула Стугна под берег тёмный юношу–князя Ростислава. Мать Ростислава плачет–горюет о юноше–князе Ростиславе». Стугна противопоставлена Донцу. Стугна — река пограничная, мелководная, но жадная, «пожирающая» в периоды разлива чужие ручьи и речки, за счёт которых она полнится и ширится к устью. Таков её нрав. Когда Ростислав, спасаясь от половцев, наводнением катившихся по левобережному Приднепровью, переплывал Стугну, то она встретила его, как врага, закрутила в водовороте и утащила на дно, под «тёмный», недружелюбный берег. Так Стугна, в обшем‑то своя, русская река, «пожрав» чужие реки и ручьи, сама превратилась в реку чужую, вражескую. А когда Ростислав доверился ей, то она, коварно обманув юношу знакомым видом, утопила его в бурных волнах.

«Донец» — символ Друга, «Стугна» — символ мнимого друга, своего по внешнему виду и чужого по внутренней сути. Таким, увы, был дед Игоря, Олег, русский князь, много раз приводивший половцев грабить Русь и много раз «топивший» своих друзей. По его вине погиб Борис Вячеславич, о котором Поэт взволнованно рассказал ранее в грустной маленькой поэме о разорении Руси. Поэтому теперь достаточно намёком напомнить читателю о событиях 1093 года и реке Стугне, чтобы в его воображении ожили длительное противоборство Владимира Мономаха и деда Игоря, Олега Святославича, трагические картины опустошения русских сел и городов при Олеге, «Гориславичем прозванном».

Буйная река, «буйные» князья — сколько горя и страданий принесли они в XI веке и все ещё приносят Русской Земле в XII веке! Игорь, вспоминая на берегу Донца о давнем времени, не мог, конечно, пройти мимо своего похода. Пусть в другое время и при других обстоятельствах, но, по сути дела, он продолжал междоусобную политику деда Олега. Ведь по его, Игоря, себялюбивому и честолюбивому рвению полегли в чужой степи тысячи русских, захлебнувшись в кровавом вине. Но теперь Игорь не тот, совсем не тот. Он с сочувствием и состраданием говорит о скорби матери Мономаха по Ростиславу. Значит, Игорь принимает сторону Владимира Мономаха, становится продолжателем его дела объединения Руси, отвергая междоусобную политику своего родового «хороброго гнезда».

Глубочайший пересмотр политических взглядов — вот что такое иносказательное воспоминание Игоря о Стугне. Настолько неожиданный пересмотр, насколько и необходимый, принципиальный, идущий вопреки генеалогическим традициям.

Сам Поэт всецело на стороне матери Владимира Мономаха, а значит, и Игоря. Об этом говорит высочайшая мера посмертных почестей Ростиславу: «Закручинились цветы от горя, деревья в скорби к земле склонились». Сравните слова, сказанные Поэтом после гибели Игорева войска: «Никнет трава от горя, деревья в скорби к земле склонились».

Если взглянуть на вещи с ответственностью, разве есть у Игоря основания разделить мнение Донца о «веселии» земли Русской по случаю побега? Конечно, удачный побег — факт, неприятный для Кончака и радостный для Игоря и его друзей. Но не более того. Донец склонен преувеличивать то, что хорошо для друга. Но совсем иначе смотрит на побег сам Игорь и, конечно, Поэт. Их ответ — в иносказательных размышлениях Игоря о Донце и Стугне, между которыми, как между ситуациями 1093 и 1185 годов есть и сходство и различие.

Как в 1093 году дружины Мономаха, так в 1185 году Игоревы полки потерпели от половцев разгром не менее, если не более страшный. И глубинная причина — теперь это Игорь ясно понимает — та же самая, что и тогда: межкняжеская рознь. И последствия, увы, такие же чудовищные: нашествие врагов на Русь, разорение сел и городов, массовые убийства и пленение русских людей. Таковы сходные черты, и в них — главное. Не побег, не свой поступок оценивает Игорь в ответ на похвалу Донца, но то, что содействовало и предшествовало ему. Теперь Игорь смотрит в корень. И его взгляд на события, на политику князей в главном совпадает со взглядом Поэта и Святослава Великого, а отношение Игоря к трагическим последствиям поражения (их символизирует здесь гибель Ростислава) совпадает с отношением русских женщин, Ярославны и Поэта. О каком «веселии Руси» мог бы думать теперь Игорь! Прежний Игорь, самоуверенный, эгоистичный, мог бы, а нынешний не может. Он думает о продолжающейся долгие десятилетия гибельной драме Руси и о её причинах. По сравнению с этим побег Игоря, лично для него и его друзей радостный, мал й незначителен, чтобы развеять глубокую скорбь Игоря. Разгром и плен научили его отличать «великое» от «малого».

Конечно, удачный побег симптоматичен. В нём есть обещание поворота к лучшему для всей Руси — обещание Соколиного Полета. Есть ростки Большой Надежды. Начать с того, что в отличие от деда Игорь сам не раз ходил против половцев. Олега Гориславича ничто — ни беды его народа, ни личные крушения — не свернуло с пути междоусобиц, а Игорь после Каялы в корне пересмотрел политические взгляды и своё отношение к Природе и истории. Он вернулся на Русь убеждённым язычником и сторонником объединения всех русских сил для борьбы с врагами. И, наконец, самое главное. Природа стала оказывать русским прямое содействие. Солнце, «господин» сущего, указало Игорю путь из плена на Родину и «повелело» Ветру, Донцу, птицам и деревьям помогать ему. Свет начинает теснить Тьму. Тьма, конечно, очень сильна, и не только за пределами Руси, но и в самой Руси. Стугна по–прежнему течёт в «тёмных берегах», и в час разлива будет немилосердно топить своих. Мнимые друзья среди князей не перевелись, и в час кризиса они, как и Стугна, станут друзьями чужих и врагами своих.

В художественных символах «Донец» и «Стугна» ясно видна философская мысль о единстве мироздания, о едином порядке в Природе и обществе. Мир изначально един, но дуалистичен, противоречив. Конфликт Света и Тьмы на Солнце продолжается в конфликтах князей на Земле, в конфликтах на всех уровнях. Космический и земной разлад нарушает естественную гармонию жизни, умножая силы Мрака. Когда же в Природе и обществе восстанавливается лад, Мрак отступает. Порядок–лад мыслится как подчинение единому повелителю — Солнцу в небе и великому князю на Руси. Лишь тогда Тьма отступит перед Светом и труднейшие дела (побег) будут завершаться удачей.

Пересадив Игоря из «седла золотого в седло невольничье», Поэт потом словно забыл о нём. Он не сказал ни слова о мыслях, переживаниях, жизни Игоря в плену, и вдруг, без перехода, без малейшего психологического анализа, изображает Игоря уже внутренне изменившимся человеком. Если до похода Игорь бросил дерзкий вызов Солнцу, то теперь, убежав из плена, он даже с Донцом разговаривает почтительно и благодарно. Это — принципиальное изменение отношения Игоря к Природе, его философских взглядов. Если до похода он рассчитывал, что сепаратная внешняя политика (оборотная сторона междоусобной внутренней) принесёт ему честь и славу, то теперь он осознал пагубность усобиц и в соответствии с этим начал оценивать историю Руси, в том числе своих предков. Он стал способен самокритически взглянуть на войны Олега Гориславича и на свои собственные. Это — коренное изменение нравственного облика Игоря.

Словом, князь Игорь отныне становится подобен великому Святославу.

Поэтому на него можно теперь надеяться в борьбе за интересы земли Русской.

Если в состоянии измениться Игорь, то, значит, могут измениться и другие «буйные» князья. Не Владимир Мономах и не Святослав Киевский были типичными князьями, а Игорь. Поэтому Игорь и стал главным героем «Слова». Поэт прекрасно понимал, что судьба Руси в решающей мере зависит от того, пройдут ли «буйные» князья подобное духовное преображение, как его Игорь. Поэт надеялся, что «Слово» будет содействовать этому.

Он назвал своё творение «Слово о плъку Игореве, Игоря сына Святъславля, внука Ольгова». Наиболее общее значение существительного «внук» в «Слове» (достойный продолжатель дела «деда») подчёркивает решающую роль традиций и наследственности в поведении и характере Игоря. Начало, по мысли Поэта, несёт в себе принцип продолжения, развития и завершения. Вот почему, думается, Игорь, возрождённый для новой жизни и новой борьбы, пересматривает и отношение к своему деду, к прошлому, к началу. Изменяется внук — должен измениться и «дед», пример для подражания. В иносказательном смысле «дедом» Игоря, по пути которого он теперь пойдёт, становится Владимир Мономах…

В последние годы все чаще и чаще прямая речь Игоря о Стугне передаётся как косвенная. Делается это просто: снимаются кавычки, и глагол «рече» в предложении «Не тако ли, рече, река Стугна» переводится не «сказал он», а «говорят». На мой взгляд, подобная интерпретация древнерусского текста не обоснованна. Все дружно переводят «Донец сказал» (Донецъ рече) и «Игорь сказал» (Игорь рече), но почему‑то в указанном случае от такого перевода часто допускается отступление. Может, раскавыченное прочтение связано с индивидуальной особенностью словоупотребления, свойственной Поэту? Напротив: в обращении Игоря к дружине встречается ровно такая же конструкция, что и в его ответе Донцу. Сравните: «Хощу бо, рече, копие приломити…» и «Не тако ли, рече, река Стугна…» Я не вижу оснований, почему нельзя считать прямой речью Игоря также и его оценку Стугны. Думается, что перевод этого места, предложенный ещё В. А. Жуковским, верно передаёт оригинал.

Не только Игорь уразумел смысл нового знамения Солнца, но и тот неизвестный нам читатель, который, на мой взгляд, добавил в текст «Слова» следующее разъяснение: «Игореви князю бопь путь кажетъ изъ земли Половецкой на землю Рускую, къ отню злату столу!» Оно совсем не нужно по делу, так как и без него (от Солнца) Игорю было ясно, что пришёл долгожданный час побега и что бежать надо в направлении Северного Сияния. Оно несвойственно стилю Поэта. Во вставке больше половины лишних слов! Она смотрелась бы ещё в начале «Слова», но не в конце, когда контекст позволяет ту же мысль выразить намного лаконичнее: «Игореви князю богъ путь кажетъ». И все ясно. Ситуация подсказывает, откуда и куда якобы бог «кажетъ путь». Определение конечной цели («къ отню злату столу») проливает дополнительный свет на вопрос о вставке: для Игоря «отень златъ столъ» — это «стол» Черниговский, на котором в 1185 году сидел его двоюродный брат Ярослав. Намерение вернуться из плена туда, а не в своё Новгород–Северское княжество, требовало пояснений. Но их нет. Видимо, вставка сделана намного позже того, как Игорь стал в 1196 году князем Черниговским. Похоже, дописчик не знал, что в 1185 году Игорь ещё не владел отчим «златым столом».

Строчка о боге в рассказе, целиком посвящённом новым языческим взаимоотношениям Игоря с Природой, вопиет о своей неприкаянной одинокости и тем лишь подчёркивает иной, эпический взгляд Поэта на мироздание. Вставка — это либо ещё одна попытка интерпретировать «Слово» в христианском духе, либо тем самым… спасти «Слово» от уничтожения православной церковью. Я бы отдал предпочтение второму предположению, так как вставка всерьёз не посягает на идейно–образное содержание «Слова».

Категория: ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СИМВОЛ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» | Добавил: admin (17.03.2014)
Просмотров: 626 | Теги: памятник литературы, урок литературы в шко, символы и образы в Слове о полку Иг, древнерусская ли, устное народное творчество, Слово о полку Игор | Рейтинг: 0.0/0
ВИДЕОУРОКИ
ОБУЧАЮЩИЕ ФИЛЬМЫ ПО
   РУССКОМУ ЯЗЫКУ

ОТКРЫТЫЕ УРОКИ ДМИТРИЯ
   БЫКОВА

СКАЗКА

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ

ЛЕКЦИИ ПО РУССКОЙ
   ЛИТЕРАТУРЕ


ВИДЕОУРОКИ ЛИТЕРАТУРЫ В
   11 КЛАССЕ


ПИСАТЕЛЬ КРУПНЫМ ПЛАНОМ

ТВОРЧЕСТВО ГОГОЛЯ

ТВОРЧЕСТВО САЛТЫКОВА-
   ЩЕДРИНА


ТВОРЧЕСТВО НЕКРАСОВА

ЛИТЕРАТУРА ВОЕННЫХ ЛЕТ

РОДОВОЕ ГНЕЗДО ПИСАТЕЛЯ

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

***

АНТИЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА

МИРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА. ХХ ВЕК

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА
***

ЛИТЕРАТУРНЫЕ
   ПРОИЗВЕДЕНИЯ НА БОЛЬШОЙ
   СЦЕНЕ



ПИСАТЕЛИ И ПОЭТЫ

ДЛЯ ИНТЕРЕСНЫХ УРОКОВ

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

КРАСИВАЯ И ПРАВИЛЬНАЯ РЕЧЬ

ПРОБА ПЕРА

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ

Поиск

"УЧИТЕЛЬ  СЛОВЕСНОСТИ"
РЕКОМЕНДУЕТ








ПАН ПОЗНАВАЙКО


Презентации к урокам


портрет Пушкина
ВЫШИВАЕМ ПОРТРЕТ ПИСАТЕЛЯ
Друзья сайта

  • Создать сайт
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты

  • Copyright MyCorp © 2016  Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru Каталог сайтов и статей iLinks.RU Каталог сайтов Bi0