Понедельник, 17.06.2024, 09:48


                                                                                                                                                                             УЧИТЕЛЬ     СЛОВЕСНОСТИ
                       


ПОРТФОЛИО УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА   ВРЕМЯ ЧИТАТЬ!  КАК ЧИТАТЬ КНИГИ  ДОКЛАД УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА    ВОПРОС ЭКСПЕРТУ

МЕНЮ САЙТА
МЕТОДИЧЕСКАЯ КОПИЛКА
НОВЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ

ПРАВИЛА РУССКОГО ЯЗЫКА
СЛОВЕСНИКУ НА ЗАМЕТКУ

ИНТЕРЕСНЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК
ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

ПРОВЕРКА УЧЕБНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

Категории раздела
ДРЕВНИЕ ЭПОХИ, СРЕДНЕВЕКОВЬЕ И ВОЗРОЖДЕНИЕ [41]
АЛЕКСАНДР ДЮМА [33]
ДРАМАТУРГИ [9]
АНАЛИЗ ПРОИЗВЕДЕНИЙ ЗАРУБЕЖНЫХ АВТОРОВ [12]

Главная » Статьи » ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА » АЛЕКСАНДР ДЮМА

Политика как часть повседневной жизни в произведениях А.Дюма

Мы помним утверждение Дюма, что в его лице человек литературный лишь предшествует человеку политическому. Действительно, не раз за свою жизнь он пытался стать человеком политическим. Во время Июльской революции он забросил свою привычку работать каждый день и с утра до вечера сновал по улицам Парижа с ружьем в руках. Знавший его в лицо капитан королевской гвардии попытался утихомирить писателя отвлекающим вопросом: «Когда же мы увидим «Антони»?», — но Дюма не поддался на провокацию и ответил: «Как только закончим революцию».

Когда было провозглашено свержение Бурбонов, возникла опасность столкновения с войсками, сохранившими верность Карлу X. Для таких серьезных действий революционеры были недостаточно вооружены. Не хватало пороха. Тут наступил звездный час Дюма политического, наследника революционного генерала. Он взялся добыть порох со склада в Суассоне, охранявшегося роялистским гарнизоном. Соорудив для себя невероятное военное облачение, которое должно было восприниматься как форма революционной национальной гвардии, Дюма помчался сначала в Виллер-Котре, а потом в Суассон. По словам самого Дюма, коменданта суассонского гарнизона уговорила отдать порох жена, чьи родители погибли во время восстания на Сан-Доминго. Увидев воинственного Дюма в его невероятном костюме, она якобы завопила, обращаясь к мужу:

— Немедленно сдавайся, мой друг! Негры опять взбунтовались!

Было ли так в действительности или Дюма создал очередную эффектную драму, неважно. Важно, что он доставил в Париж 3500 килограммов пороха и официальный отчет об этом деянии был опубликован 9 августа 1830 года в «Монитёре», а его бывший начальник герцог Орлеанский, до провозглашения которого королем Луи Филиппом оставалось всего несколько часов, подбодрил вояку-писателя словами:

— Господин Дюма, вы создали свою лучшую драму.

После такого одобрения политическое вдохновение держалось долго. Дюма попросил Лафайета послать его в Вандею «для формирования национальной гвардии на случай нового восстания шуанов». Правда, в Вандее жила Мелани Вальдор, давно уже упрекавшая своего любовника за нежелание с ней увидеться. Приятное — с полезным. Дюма явился в Вандею в еще более невероятной форме: кивер с красными перьями, серебряные эполеты и пояс, васильковый мундир и трехцветная кокарда; успокоил Мелани, сообщив ей о своих невероятных подвигах, и постарался утихомирить ее ревность. В последнем, правда, не преуспел, зато написал «Вандейские записки», задуманные как отчет Луи Филиппу о положении в провинции. Дюма был уверен, что теперь его непременно оценят как человека политического.

Но король, прочитав отчет и благосклонно приняв некоторые из замечаний нашего необузданного политика, с любезной улыбкой окатил его ушатом холодной воды, сказав:

— Политика — это печальное занятие, господин Дюма. Оставьте его королям и министрам. Ведь вы поэт, вот и пишите свои стихи.

Охлажденный таким замечанием Дюма осознал, что в душе он все же больше республиканец, и окончательно покинул службу у короля (до тех пор он все еще числился библиотекарем).

Однако человек авантюрно-политический, строивший баррикады на улицах Парижа и добывавший порох в Суассоне, все же не мог заслонить человека литературного и исторического. В самый разгар революционных «трех дней», когда боровшиеся за свержение Бурбонов революционеры вооружались чем попало, лишь бы оно стреляло или кололо, в Дюма проснулся любитель древностей, человек культурный, не считающий разрушение ценностей оправданным даже в самых критических обстоятельствах. Когда восставшие захватили артиллерийский музей на площади Св. Фомы Аквинского, они собирались растащить его экспонаты, чтобы воспользоваться старинным оружием для нужд революции. Дюма, сделав вид, что тоже вооружается, надел на себя военное облачение Франциска I, схватил аркебузу Карла IX, шпагу, секиру и булаву и оттащил все перечисленное к себе на квартиру. Когда горячие дни миновали, он вернул ценности музею, за что получил пожизненное право на его бесплатное посещение.

Долгое время при правлении Луи Филиппа политические взгляды Дюма колебались между мечтой о республике и мечтой о народной монархии. Идеал последней писатель развивал в беседах с герцогом Фердинандом Орлеанским, с которым поначалу чуть было не поссорился, настаивая на своем республиканстве.

Но герцог Орлеанский погиб, а Луи Филипп не сумел и не захотел стать народным монархом, и, когда грянула революция 1848 года, Дюма уже твердо стоял на республиканской платформе. Однако политическая позиция, как мы видели выше, не помешала ему призывать милость к падшему монарху и возмущаться тем, что статую герцога Фердинанда сбросили с пьедестала. Революцию писатель принял безоговорочно и решил баллотироваться на выборах в Конституционное собрание 13 апреля 1849 года.

Дюма выставляет свою кандидатуру в департаменте Сена-и-Уаза и публикует следующий весьма любопытный бюллетень:

«К ТРУДЯЩИМСЯ Я выставляю свою кандидатуру в депутаты; я прошу ваших голосов, вот мои данные.

Не считая шести лет обучения, четырех лет работы у нотариуса и шести — чиновничества, я двадцать лет работал по десять часов в день, что составляет 73 000. За эти двадцать лет я сочинил 400 томов прозы и 35 пьес.

400 томов тиражом 4000 экз., проданных по 5 франков том:

Наборщикам 264 000

Тискальщикам 528 000

Бумажникам 633 000

Брошюровщицам 120 000

Книгопродавцам 2 400 000

Маклерам 1 600 000

Комиссионерам 1 600 000

Экспедиция 100 000

Литературным учреждениям 4 580 000

Иллюстраторам 28 000

11 853 600

Приняв за ежедневную плату 3 франка и учитывая, что год содержит 300 рабочих дней, мои книги в течение двадцати лет дали заработок 692 людям


35 пьес, сыгранных по 100 раз каждая вместе и по отдельности:

Директорам 1 400 000

Актерам 1 250 000

Декораторам 210 000

Костюмерам 140 000

Владельцам залов 700 000

Статистам 300 000

Охране и пожарным 70 000

Портным 50 000

Торговцам маслом 525 000

Картонажникам 60 000

Музыкантам 157 000

Бедным (на приюты) 630 000

Расклейщикам афиш 80 000

Подметальщикам 10 000

Страхователям 60 000

Контролерам и служащим 140 000

Парикмахерам 93 000

6 360 000

Мои пьесы в течение 10 лет прокормили людей в Париже — 347 во всей провинции — 1041 Прибавьте билетерш, клакеров, фиакры 70

Итого 1458


В среднем книги и пьесы обеспечили оплату 2150 людям.

В список не включены бельгийские производители подделок и иностранные переводчики».

Все это замечательно, но в политике не ограничиваются такими бесхитростными убеждениями избирателей. Волей-неволей Дюма оказался вынужден плести интриги, например, задабривать парижских священников, сообщая в своем предвыборном циркуляре, что он чуть ли не единственный из французских писателей, кто защищал духовность, провозглашал бессмертие души, восславлял христианскую религию. Даже если помнить о постоянно отстаиваемой писателем идее провиденциальности, нетрудно представить реакцию рядового священника на подобные утверждения из уст автора «Антони» и «Фернанды».

Избиратели хотели ясности. Они не понимали сочетания республиканских убеждений с подчеркнутой лояльностью в отношении Орлеанского дома и называли Дюма «политическим бастардом». Писатель с гордостью подхватил кличку и давал повсюду подробные разъяснения. В своей предвыборной программе он провозгласил отмену всех привилегий, запрет на замену призванного на военную службу другими лицами и оплату по труду. Тоже неплохо, но набрал он всего 261 голос.

Чего еще мог ожидать политик, не встающий однозначно ни на чью сторону, ищущий возможность сочетать веру в Провидение с политической определенностью, толкующий, по сути дела, о том, о чем сам знает лишь понаслышке?

Тем не менее Дюма предпринял еще одну попытку в департаменте Ионна. Однако бургундские виноторговцы отнеслись к чужаку с подозрительностью. Выступление Дюма перед избирателями началось с того, что некий мужчина, стоявший рядом с трибуной, крикнул ему: «Эй, ниггер!» — за что схлопотал увесистую оплеуху. Потом последовали требования объяснить свою лояльность в отношении Орлеанского дома. Дюма вдохновился и заговорил о герцоге Фердинанде, сумев своей эмоциональной речью завоевать внимание слушателей. «Через четверть часа половина зала рыдала, и вместе с ней я сам; через двадцать минут весь зал аплодировал, а в конце вечера я стал не только обладателем трех тысяч голосов, но трех тысяч друзей». Впрочем, для избрания было нужно голосов на порядок больше. При повторных выборах в Ионне в ноябре спустившиеся с высот эмоционального всплеска избиратели отдали Дюма уже только 363 голоса.

В конце концов писатель понял, что победа на выборах ему не суждена. Тогда он задумался о том, кого поддержать своим голосом и своим пером. Несмотря на собственные радикальные выступления на выборах, он счел себя противником монтаньяров и, перебрав всех существующих вождей (одни бежали, другие — в тюрьме), остановил свой выбор на покуда изображавшем республиканца будущем Наполеоне III и его товарищах, заявив следующее: «Анархисты называют их реакционерами. Я называю их людьми порядка».

Что Дюма имел в виду под порядком? Думается, что произнесенное слово так или иначе соотносилось в его представлении с проявлением воли Провидения в Истории. В то время казалось: революция свершилась, Республика установлена, однако это уже не якобинская диктатура, теперь наконец будет создаваться демократическое провиденциальное общество. А впереди были переворот Наполеона III, эмиграция демократически настроенных деятелей культуры, ужесточение принципов повседневной морали. Несмотря на красивые слова, с демократией как-то не получилось…

Дюма больше не лез в депутаты, но свои политические мнения продолжал высказывать и за политическими событиями следил постоянно. Именно в те дни он написал историческое эссе «Жак-простак», этюд, посвященный развитию идеи демократии начиная с X века, когда жители Камбре попытались организовать коммуну. К этой работе мы еще вернемся, говоря о Дюма-историке.

Писатель все более становился историком (а не просто историческим романистом) по мере того, как действительность отвращала его от участия в политике. Еще несколько всплесков (например, участие в борьбе Гарибальди), и Дюма оставляет свои попытки вмешательства в политическую борьбу. Он становится наблюдателем, а результаты наблюдений зачастую излагает в романах. И если судить по выводам, которые делает писатель, то приходится заподозрить, что Дюма все более и более разочаровывается в политике, — ведь многие из тех героев-современников, кого он сделал профессиональными политиками, по сути, интриганы и мошенники.

Чего стоит уважаемый всеми пэр Франции граф де Морсер? («Граф Монте-Кристо»). Фальшивый аристократ, набравший чины и богатство путем многократных предательств, он умеет говорить о себе красивые вещи. Например: «Кто, как я, добыл эполеты на поле брани, не умеет маневрировать на скользком паркете гостиных» (Ч. Ill, III).

Или, после обвинения в предательстве Али-паши, обвинения, о справедливости которого он, естественно, знает лучше других: «Почему мне не дано вместо словесных оправданий пролить свою кровь, чтобы доказать моим собратьям, что я достоин быть в их рядах!» (Ч. V, IX).

Обычные звонкие и лицемерные слова искусного политика, которые Дюма не раз слышал за свою жизнь, а иногда и сам пытался произносить. Высокопарная речь и надменность долгое время помогают Морсеру сохранять неуязвимость, но Провидение уже предрешило его участь: граф разоблачен и унижен. Справедливость торжествует вопреки его тонкой политике.

То же происходит и с графом Раптом («Сальватор»), Этот политик еще изощреннее Морсера. Для начала он женится на собственной дочери, которую считают дочерью генерала де Ламот-Удана. Зять знаменитого генерала — настолько прочная позиция, что с нее можно начинать дальнейшее восхождение. Граф Рапт искусно ведет предвыборную кампанию, знает все о людях, от которых зависят голоса в его поддержку, то кнутом, то пряником вербует своих избирателей, порой обещая им прямо противоположные вещи и даже поддержку в борьбе друг против друга. Тот же Рапт участвует в подавлении спровоцированных полицией псевдореволюционных выступлений в Париже. Здесь он действует, уже не заискивая и обещая, а безжалостно приказывая стрелять в безоружную толпу. Полиция им довольна, довольны министры, доволен король, довольна церковь (помните, с какой любезностью он принял братьев Букмонов?). Рапт — идеальный депутат, не правда ли? Однако вмешательство Провидения сводит на нет досконально продуманные интриги графа, и он гибнет, не успев уничтожить тех, кто мешает ему в его восхождении к власти. Вмешательство воли Провидения, для расстройства подлых интриг политиков, видимо, необходимо…

В романе «Сальватор» Дюма без околичностей набрасывает портрет политической жизни Франции 1827 года. Король бессилен и равнодушен. Он заботится лишь о собственном покое, борьба за который и есть его политика. Министры цепляются за власть — в этом их политика. Полиция, в угоду непопулярному кабинету министров, повсюду засылает своих провокаторов, затевает уголовные процессы против политических противников режима, использует любые массовые сборища, от похорон графа де Ларошфуко до праздника национальной гвардии, для того, чтобы спровоцировать беспорядки и тем самым дать основание для жестких правительственных мер. Все эти события происходили на глазах Дюма в 1827–1830 годах, но ему потребовалось двадцать пять лет для того, чтобы утратить иллюзии в политике и вывести все хитросплетения политической интриги в одном из своих поздних романов. Ко времени написания «Сальватора» Дюма уже разочаровался в идее демократической королевской власти. Сам он уже в политике не участвует, но устами своего героя провозглашает манифест республиканца:

«Тридцать первого июля 1830 года герцог Орлеанский, назначенный наместником королевства, вызвал Сальватора, одного из тех, кто вместе с Жубером, Годфруа Кавеньяком, Бастидом, Тома, Гинаром и двумя десятками других водрузил после сражения 29 июля трехцветное знамя над Тюильри.

— Если нация выскажется за то, чтобы я занял трон, — спросил герцог, — по вашему мнению, республиканцы ко мне примкнут?

— Ни за что, — ответил Сальватор от имени своих товарищей.

— Что же они сделают?

— То же, чем вы, Ваше Высочество, занимались вместе с нами: они организуют заговор.

— Это упрямство! — промолвил будущий король.

— Нет, это настойчивость, — с поклоном возразил Сальватор» («Сальватор». Ч. IV. Мораль).

Да, Дюма мечтал о славе политика и борца. Попадая в водоворот событий и в потоки политических течений, он зачастую лавировал, пытаясь, впрочем, оставаться в рамках провиденциального мировоззрения. Как политик он всегда проигрывал, но уныние по поводу очередного проигрыша быстро сменялось новым взрывом жизнелюбивого темперамента. Слава богу, Дюма никогда не хотел быть только политиком, и, все более внимательно вникая в современные ему политические методы, он, возможно, сам же обрадовался тому, что остался лишь наблюдателем-философом. А уж нам-то тем более следует этому радоваться!

Категория: АЛЕКСАНДР ДЮМА | Добавил: admin (06.08.2012)
Просмотров: 1152 | Теги: романы Дюма, анализ произведений Дюма, Александр Дюма, французская литература, зарубежная литература, А.Дюма, писатель А.Дюма | Рейтинг: 5.0/1
ПИСАТЕЛИ И ПОЭТЫ

ДЛЯ ИНТЕРЕСНЫХ УРОКОВ
ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

КРАСИВАЯ И ПРАВИЛЬНАЯ РЕЧЬ
ПРОБА ПЕРА


Блок "Поделиться"


ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ

Поиск

Друзья сайта

  • Создать сайт
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты

  • Статистика

    Форма входа



    Copyright MyCorp © 2024 
    Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru Каталог сайтов и статей iLinks.RU Каталог сайтов Bi0