Суббота, 03.12.2016, 05:24

     



ПОРТФОЛИО УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА   ВРЕМЯ ЧИТАТЬ!  КАК ЧИТАТЬ КНИГИ  ДОКЛАД УЧИТЕЛЯ-СЛОВЕСНИКА    ВОПРОС ЭКСПЕРТУ
МЕНЮ САЙТА

МЕТОДИЧЕСКАЯ КОПИЛКА

НОВЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ

ПРАВИЛА РУССКОГО ЯЗЫКА

СЛОВЕСНИКУ НА ЗАМЕТКУ

ИНТЕРЕСНЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

ПРОВЕРКА УЧЕБНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

Категории раздела
ПУШКИНСКИЕ САДЫ И ПАРКИ [34]
В САДАХ ЛИЦЕЯ [67]
ПУШКИНСКИЙ КРУГ: ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ [40]
ПУШКИН В МИХАЙЛОВСКОМ [20]
ПУШКИН-МУЗЫКА-ЭПОХА [8]
МОЙ ДЯДЯ - ПУШКИН. ИЗ СЕМЕЙНОЙ ХРОНИКИ [42]

Статистика

Форма входа


Главная » Статьи » ПУШКИН - НАШЕ ВСЕ » ПУШКИНСКИЙ КРУГ: ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ

Молва

Но вернемся к последовательности нашего рассказа. Свадьба Александра Сергеевича Пушкина и Натальи Николаевны Гончаровой состоялась в Москве 18 февраля 1831 года. В одном из писем Пушкин сообщал Плетневу: «Я женат — и счастлив; одно желание мое, чтоб ничего в жизни моей не изменилось». В мае Пушкины возвращаются в Петербург и поселяются в Царском Селе, в доме Китаевой. Это были, пожалуй, самые счастливые месяцы их жизни. Медовый месяц молодоженов совпал с правительственными ограничениями въезда в Петербург. В столице свирепствовала эпидемия холеры. Слухи о ней доходили до Царского Села и не могли не тревожить.

Первые признаки холеры на территории России появились в 1829 году. Меры, принимаемые правительством по ограждению страны от эпидемии, оказались недостаточными. Холера стремительно распространялась в глубь страны. В июле 1831 года страшную заразу зарегистрировали в Петербурге. Официальное сообщение об этом появилось только через пять дней. Однако город заполнили слухи. В народе распространялись сплетни, будто причиной холеры стал яд, который скрывающиеся польские агенты подсыпают в муку и воду. Говорили, что царский двор, правительство, знать уже давно покинули столицу, а для более эффективной борьбы с холерой полиции приказали всех, у кого подозревали это страшное заболевание, в специальных каретах отправлять в холерные бараки. Это породило слух, что врачи, находясь в заговоре с полицией, специально отравляют больных, чтобы ограничить распространение эпидемии. Возникли стихийные бунты. Разъяренная толпа останавливала медицинские кареты и освобождала задержанных. Из окон холерной больницы в Таировом переулке на Сенной площади выбросили несколько врачей.

Интересно, что холерная больница располагалась в доме, косвенным образом связанном с биографией Пушкина. Этот дом по адресу Таиров переулок, 4, в свое время приобрел лицейский учитель музыки и пения Вильгельм Петрович Теппер де Фергюссон. Талантливый музыкант Теппер был автором лицейского гимна, сочиненного им на слова Дельвига. Кстати, после смерти Теппера, его дом приобрел крупный домовладелец Гаврила Таиров, имя которого некоторое время сохранилось в названии переулка. До этого переулок назывался Сенным, затем — Телячим, ныне — Бринько.

Но вернемся к событиям лета 1831 года. Разразился так называемый «Холерный бунт». Волнения на Сенной приобрели столь обширный размах, что пришлось прибегнуть к помощи регулярной армии. Руководил действиями войск лично Николай I. Позже появилась легенда о том, как царь без всякой охраны, несмотря на отчаянные мольбы ближайших приближенных, в открытой коляске въехал в разъяренную толпу и «своим громовым голосом» закричал: «На колени!» Согласно легенде, ошеломленный народ «как один человек, опустился на колени» и бунт был усмирен.

В Зимнем дворце приближенные, восхищенно внимая последним сообщениям с Сенной площади, рассказывали захватывающую легенду о том, как император на глазах толпы схватил склянку Меркурия — лекарства, которым тогда лечили холеру, и поднес ее ко рту, намереваясь преподать народу вдохновляющий пример мужества. В это мгновение к нему буквально подскочил лейб-медик Арендт со словами: «Ваше величество, вы лишитесь зубов». Государь грубо оттолкнул медика, сказав при этом: «Ну, так вы сделаете мне челюсть», — и залпом выпил всю склянку, «доказав народу, что его не отравляют».

Память о легендарном усмирении императором «Холерного бунта» увековечена в одном из четырех горельефов на постаменте памятника Николаю I на Исаакиевской площади, выполненных скульпторами Н. А. Рамазановым и Р. К. Залеманом. На нем изображен «триумф» Николая I.

Осенью холера пошла на убыль и Пушкины вернулись в Петербург. Большой свет с восторгом принял в свой круг юную провинциальную красавицу. Ее тут же окрестили «Психеей», «Венерой Невской» и «Афродитой Невы». Она и в самом деле была красавицей. Уж на что взыскателен сам Пушкин, но и он признавал необыкновенную красоту своей избранницы.

Исполнились мои желания. Творец
Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна,
Чистейший прелести чистейший образец.

По мнению исследователей, образ Мадонны был не красивой поэтической уловкой. Он имел вполне конкретный и чуть ли не биографический смысл. В пору своего увлечения Александрой Осиповной Смирновой-Россет Пушкин часто посещал ее дом, который был щедро украшен произведениями великой европейской живописи. Среди ее картин особой известностью пользовалась картина Перуджино «Мадонна». Пушкин частенько заглядывался на нее и однажды, еще до женитьбы, в письме к Наталье Николаевне признался, что может часами любоваться «белокурой Мадонной, похожей на вас, как две капли воды». И далее Пушкин пишет: «Я бы купил ее, если бы она не стоила 40 000 рублей». Понятно, что таких денег у Пушкина быть не могло по определению. Картина осталась у ее владелицы, а Пушкину оставалось только мечтать о ней. Но вот после свадьбы поэта в обществе заговорили, что Пушкин будто бы признавался друзьям, что «женился, чтобы иметь дома свою Мадонну».

Между тем приглашения на званые обеды, балы и маскарады следовали одно за другим, в том числе и от монаршей семьи. Говорили будто, чтобы чаще видеть Наталью Николаевну, Николай I присвоил Пушкину унизительный чин камер-юнкера, что обязывало поэта присутствовать на балах в Зимнем и Аничковом дворцах. Поэт тяготился этой обязанностью, но сделать ничего не мог, хотя, как утверждает современный школьный фольклор, «Пушкин любил вращаться в высшем обществе и вращал в нем свою жену».

Ситуация оказалась настолько двусмысленной, что в Петербурге появились грязные сплетни о том, что Николай I, как главный помещик страны, использовал право первой ночи по отношению к Наталье Николаевне. Это обстоятельство будто бы и стало первым звеном в катастрофической цепи событий, окончившихся дуэлью и смертью Пушкина. Страшно сказать, но немалый вклад в легенду о связи жены Пушкина с царем внесли и серьезные исследователи. Так, например, в тайную связь Николая I с Натальей Николаевной верил П. Е. Щеголев, а В. В. Вересаев подбросил масла в огонь, всерьез предположив, что дочь Натальи Николаевны — дочь царя. Да и история с появлением грязного пасквиля до сих пор не до конца прояснена. Среди побудительных причин его появления высказывались и самые невероятные. Будто бы Николай I, увлеченный Натальей Николаевной, вдруг обнаружил, что у него есть серьезный конкурент. Тогда-то он каким-то образом и инициировал дуэльную ситуацию, окончание которой царя уже не интересовало. При любом исходе дуэли петербургская карьера Дантеса обрывалась, и таким образом неугодный соперник устранялся.

Пушкинский круг. Легенды и мифы - i_060.jpg

Н. Н. Пушкина

Следует сразу оговориться, что современное отечественное пушкиноведение решительно отрицает фантастическую легенду о первой брачной ночи Натальи Николаевны. К такому выводу литературоведческая наука пришла в результате многих десятилетий трудных поисков и счастливых находок, отчаянных схваток между оппонентами и логических умозаключений. С трудом удалось преодолеть многолетнюю инерцию общественного мнения, заклеймившего Наталью Николаевну на всех этапах всеобуча — от школьных учебников до научных монографий. Было. И это «было» пересмотру не подлежало. Науке с юридической скрупулезностью пришлось анализировать свидетельские показания давно умерших современников Пушкина, оставивших тысячи дневниковых страниц и писем, устраивать свидетелям «очные ставки» и «перекрестные допросы», чтобы выявить противоречия в их показаниях, извлекать из небытия улики и факты, чтобы на Суде Истории наконец вынести справедливый и окончательный приговор: НЕ БЫЛО.

Между тем не следует забывать, что великосветская сплетня, выношенная в феодально-крепостническом чреве аристократических салонов, стала достоянием всего Петербурга и в один прекрасный момент превратилась в живучую легенду, претендующую на истину. Почва для этого оказалась благодатной. В 1836 году до отмены крепостного права оставалась еще целая четверть века. Царь был полновластным хозяином своих подданных. Это хорошо понимали в обществе. В связи с этим представляет интерес легенда, героем которой являлся, правда, другой император — Александр I. Но сути это не меняет, тем более что по характеру Николай I больше подходил к этой истории. Однажды, во время прогулки Александра I по царскосельскому парку, к нему подбежала собака директора Лицея Егора Антоновича Энгельгардта, гулявшего тут же. Собака спокойно подошла к императору и начала лизать ему руку. К ним подбежал побелевший от ужаса Энгельгардт. «Чего вы так испугались, Егор Антонович?» — спокойно спросил император. «Но ведь она может укусить», — пролепетал Энгельгардт. «Вас же она не кусает», — попытался успокоить его Александр. «Да, но ведь я ее хозяин». — «А я ваш хозяин, — сказал император, — и собака это понимает».

Крепостническая Россия во главе с главным помещиком — царем, поигрывая в просвещенность и демократию в великосветских дворцах и особняках знати, цепко держалась средневековых правил в отношениях с низшими подданными. Одним из таких атавизмов оставалось пресловутое право первой ночи, довольно широко распространенное в дворянско-помещичьей практике того времени. Не брезговали этим и высшие сановники. Феодальная мораль позволяла чуть ли не бравировать этим. Мнение помещиков в этой связи мало чем отличалось от мнения дворян. Рассказывают, что во время встречи Александра I с дворянами и купцами, состоявшейся в 1812 году в Москве, один помещик в пылу патриотического порыва воскликнул: «Кладем свои гаремы на алтарь отечества, государь. Бери всех, и Наташку, и Машку, и Парашку!»

Пушкин все это воспринимал мучительно и болезненно. В его дневнике несколько раз упоминается фамилия флигель-адъютанта, ротмистра лейб-гвардии Кирасирского полка, хорошего знакомого Пушкина Сергея Дмитриевича Безобразова, едва не сошедшего с ума от ревности. В аристократических салонах открыто сплетничали о том, что перед его свадьбой с фрейлиной Екатериной Хилковой Николай I воспользовался правом первой ночи.

В злосчастном пасквиле, полученном Пушкиным, значился «великий магистр ордена рогоносцев». Весь Петербург знал, что такого звания был удостоен Д. Л. Нарышкин, чья жена в свое время считалась чуть ли не официальной любовницей Александра I. А Пушкин в пасквиле назван заместителем Нарышкина. Столь грубым и откровенным способом намекалось на связь Николая I и Натальи Николаевны. В это верили. Ужас трагедии в том и состоял, что верили даже лучшие друзья Пушкина. П. В. Нащокин рассказывал о том, что царь «как офицеришка ухаживал за его (Пушкина) женой. По утрам проезжал несколько раз мимо ее окон». И каждый раз, когда оказывался против ее комнат, поднимал лошадь на дыбы, утверждают некоторые «очевидцы». М. А. Корф записывает в дневнике, что Наталья Николаевна Пушкина «принадлежит к числу тех привилегированных молодых женщин, которых государь удостаивает иногда посещением». Сама Наталья Николаевна в письме к Афанасию Николаевичу Гончарову пишет, что не может спокойно гулять в Царскосельском парке. «Я узнала от одной из фрейлин, что их величество желали узнать час, в который я гуляю, чтобы меня встретить».

Ей вторит распространенная в свое время легенда, что именно в Царскосельском парке царь обещал Пушкину жалованье и предложил ему написать «Историю Петра» и что к этому его будто бы побудила заинтересованность юной красавицей. Царские милости, рожденные благодаря особому отношению императора к Наталье Николаевне, коснутся впоследствии и второго мужа несчастной женщины, через много лет после гибели Пушкина. В 1844 году генерал Ланской, за которого вышла замуж Наталья Николаевна, станет командиром Кавалергардского полка, и молва припишет это не его личным заслугам, а некой царской благодарности его жене Наталье Николаевне.

Попытки гальванизировать историю взаимоотношений Натальи Николаевны с императором предпринимались и после смерти героев этой русской драмы. Все они имели целью опорочить образ Натальи Николаевны, взвалив на нее всю вину за происшедшее, тем самым упростив до уровня мелодрамы глубочайшую суть трагедии. Кому-то постоянно хотелось, чтобы все герои этой драматической истории из государственных и общественных деятелей вдруг превратились в частных лиц, в той же степени достойных жалости и сочувствия, что и Пушкин.

В этой связи любопытным отголоском преддуэльных событий выглядит легенда о часах с портретом Натальи Николаевны. Однажды через много лет после описываемых событий в московский Исторический музей пришел какой-то немолодой человек и предложил приобрести у него золотые часы с вензелем Николая I. Запросил он за эти часы две тысячи рублей. На вопрос, почему он так дорого их ценит, когда такие часы не редкость, незнакомец сказал, что эти часы особенные. Он открыл заднюю крышку, на ее внутренней стороне был миниатюрный портрет Натальи Николаевны Пушкиной. По словам этого человека, его дед служил камердинером у Николая I. Золотые часы постоянно находились на письменном столе императора в его кабинете. Дед знал их секрет и, когда император Николай Павлович умер, взял эти часы, «чтобы не было неловкости в семье». Часы почему-то не были приобретены Историческим музеем. И так и ушел этот человек с часами, и имя его осталось неизвестным, заканчивает удивительная легенда.

Любопытство разгоряченного интригами Петербурга подогревалось слухами о неладах в семье поэта. В салонах поговаривали, будто Пушкин специально оставлял жену наедине с Дантесом в комнате, закрывал двери и прислушивался, не раздастся ли звук поцелуя или неосторожное слово. А потом «в припадке ревности брал жену к себе на руки и с кинжалом допрашивал, верна ли она ему». Слухи о жестокости Пушкина по отношению к Наталье Николаевне звучали повсеместно. Уж насколько Сергей Львович гордился своим великим сыном, но и он не мог скрыть досады, когда в одном из писем писал: «Сплетни, постоянно распускаемые насчет Александра, мне тошно слышать. Знаешь ли ты, что когда Натали выкинула, сказали будто это следствие его побоев».

Но общественное мнение, не отличающееся благосклонностью вообще, оказалось особенно жестоким к Наталье Николаевне. Ядовитая формула: «Безобразный муж прекрасной жены» уязвляла не столько Пушкина, с лицейских времен без комплексов воспринимавшего свою «обезьянью» внешность, сколько Наталью Николаевну, которая понимала, что этой формулой светские сплетницы старались намекнуть на ее якобы безразличие к творчеству гениального мужа, равнодушие к самому поэту, на ее умственную ограниченность и нравственную распущенность. В столице из уст в уста передавали анекдот о неком молодом человеке, который решил узнать, о чем же говорит в обществе жена первого поэта России. Однажды он целый час простоял у нее за спиной на великосветском балу и за весь час не услышал ничего, кроме однозначных «да» и «нет». Впрочем, это только легенда. На самом деле Наталья Николаевна по природе своей была немногословной. Еще в детстве ее называли «молчуньей».

Черный шлейф сплетен и пересудов надолго пережил Наталью Николаевну, хотя хорошо известно, что она, вопреки всему, всю свою жизнь сохраняла исключительно добрую память о великом муже. Чуть ли не через два десятилетия после смерти Пушкина она лично добилась освобождения из ссылки М. Е. Салтыкова-Щедрина, «как говорят, в память о покойном муже, некогда бывшем в положении подобном Салтыкову». Напомним, что Салтыков, также как и Пушкин, был лицеистом, хотя и другого, более позднего набора. Так что поведение Натальи Николаевны выглядело еще и как память о лицейских годах Пушкина.

Пушкинский круг. Легенды и мифы - i_061.jpg

Е. Н. Гончарова

Скандальный интерес к семейным делам Пушкина с новой силой разразился в связи с неожиданным предложением, сделанным Дантесом сестре Натальи Николаевны Екатерине. Пушкин был уверен, что это сватовство затеяно старым интриганом Геккерном, чтобы спасти жизнь и честь Дантеса. Пушкин не раз даже предлагал пари, что свадьба эта не более чем уловка и никогда не состоится. Якобы таким способом Дантес просто хотел предотвратить поединок. Способствовал сближению Екатерины Николаевны и юного кавалергарда и его приемный отец. В салонах говорили, что тем самым старый развратник Геккерн мстил Пушкину.

Правда, светские сплетники поговаривали, что нет никаких сомнений в благополучном исходе этого странного сватовства потому будто бы, что предпринято оно по приказанию самого Николая I. В этой связи любопытна легенда, родившаяся, скорее всего, в офицерском кругу кавалергардов, к которым принадлежал Дантес. Не исключено, что к ее широкому распространению приложил руку и он сам. Согласно этой легенде, идея свадьбы Дантеса и Екатерины Николаевны родилась в голове Натальи Николаевны. Она же и дала ход этому замыслу. Будто бы однажды Пушкин застал свою жену целующейся с Дантесом. Застигнутая врасплох, Наталья Николаевна не нашла ничего лучшего, как сказать мужу, что Дантес просил у нее руки Кати, что она дала свое согласие, в знак чего и поцеловала Дантеса, но поставила свое согласие в зависимость от решения Пушкина. Интрига закончилась тем, что Пушкин продиктовал записку к Дантесу, тот ее получил и, чтобы не подвести свою возлюбленную, был вынужден немедленно согласиться на брак с ее сестрой.

Если фольклор петербургских гостиных, чиновничьих кабинетов и гвардейских застолий не щадил никого из главных действующих лиц январской трагедии 1837 года, то простой народ был более однозначен в оценках и пристрастиях. По мнению простого народа, Пушкина убили «обманом, хитростью» и не без участия жены поэта. Приведем запись только одного такого предания.

«Вот Пушкин играл в карты и постучал кто-то. Пушкин говорит: „Я открою", а она: „Нет, постой, я открою". А это пришел другой, которого она любила. Пока она собиралась, Пушкин намазал губы сажей и ее поцеловал. Как она дверь открыла и того поцеловала своими губами. Вот тогда-то тайна и открылась — смотрит губы и у нее, и у того черные. Открылась тайна, что любит, а поименно было неизвестно. Вот Пушкин его на дуэль и вызвал. А на дуэль выходили и подманули Пушкина. У того был заряжен пистолет, а Пушкину подсыпали одного пороха. Вот тот и убил. Первый тот стрелял».

Запись сделана в Псковской области в 1930-х годах О. В. Ломан. По другому рассказу, записанному ею же, дело происходило в одном из петербургских аристократических салонов: «На дуель шел за женки. Было ихнее собрание в господах. Были свечи на собраньи. И он хотел узнать жены своей любезника. До того достиг, что, дескать, пока не узнаю — не успокоюсь. Они беседовали все. Но никак не узнать было. Он взял свечку, затушил и копотом губы себе намазал. Взял свою жену поцеловал и удалился дальше. А она в потемках поцеловала своего любезника. Время прошло, огонь выдули. „Теперь, — говорит, — я буду узнавать, кто моей жаны любезник!" Пошел со свечкой глядеть, сразу нашел и говорит: „Вот, граждане, жаны моей любезник!" Ему говорят: „Как же ты узнал?" — „А посмотрите у моей жаны, и у меня, и у любезника уста в саже!" За это и не мог вынести, не мог выдержать: „Помру, а сделаю!" Дело и вывели. Вот господа и рады были, что он их не любил и они его не любили».

Понятно, что, будучи женой такой личности, как Пушкин, трудно рассчитывать на беспристрастное отношение к себе. Образ Натальи Николаевны вызывал противоречивые оценки еще при жизни Пушкина, тем более после его трагической гибели. Маятник общественного мнения о Наталье Николаевне раскачивался с чудовищной амплитудой, от полного отрицания каких бы то ни было ее умственных и моральных достоинств и признания ее личной вины за смерть поэта до категорического утверждения ее абсолютной непричастности к январской трагедии 1837 года. Вот только одна выдержка из статьи, появившейся еще при жизни Натальи Николаевны: «В Москве произошла роковая встреча [Пушкина] с H. Н. Гончаровой, — той бессердечной женщиной, которая загубила всю его жизнь».

Такое мнение господствовало очень долго, и не только на страницах публицистической литературы. В 1920-х годах в аудиториях школ, рабфаков и ликбезов устраивались театрализованные публичные суды над убийцами Пушкина, в том числе и над Натальей Николаевной. В этих представлениях не гнушались участвовать и серьезные литераторы. Достаточно напомнить, что говорила Марина Цветаева о Наталье Николаевне: «Было в ней одно: красавица. Только — красавица, просто — красавица, без корректива ума, души, сердца, дара. Голая красота, разящая как меч. И — сразила». И Анна Андреевна Ахматова считала жену Пушкина чуть ли не участницей заговора против поэта на стороне Геккерна.

Только в 1960–1970-е годы общественное мнение о жене поэта стало приобретать прямо противоположный характер, хотя отголоски тех споров доносятся до сих пор. Иногда даже из-за океана. Так, в доброжелательной и насквозь пропитанной неподдельным восторгом к русской культуре и ее представителям книге американки Сюзанны Масси «Земля жар-птицы», написанной в 1980 году, сказано, что «в пылу романтического увлечения в 1835 году Глинка, подобно Пушкину (курсив мой — Н. С.), совершил ошибку, женившись на красивой, но глуповатой семнадцатилетней девушке, ничего не смыслившей в музыке». Мы не собираемся оспаривать ни ту, ни другую точку зрения, хотя наши симпатии и находятся полностью на стороне Натальи Николаевны. Здесь же нам просто хотелось показать, как эти, казалось бы, неразрешимые противоречия находили отражение в петербургском городском фольклоре. И только.

В заключение повторим, что Наталья Николаевна всю жизнь ревниво оберегала память своего первого мужа от злословия и привила безграничную любовь и уважение к нему всем своим детям. Только через семь лет после смерти Пушкина она позволила себе выйти замуж вторично. Ее избранником стал генерал П. П. Ланской. Но и тогда она свято хранила память о Пушкине и возила детей от Александра Сергеевича в Святогорский монастырь на могилу их великого отца.

Вдова А. С. Пушкина Наталья Николаевна Ланская скончалась в 1863 году. Прах ее покоится в Петербурге, на старинном Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры, рядом с прахом своего второго супруга, генерала Петра Петровича Ланского.

Категория: ПУШКИНСКИЙ КРУГ: ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ | Добавил: admin (24.08.2015)
Просмотров: 272 | Теги: русская литература ХIХ века, творчество Пушкина, биография Пушкина, пушкинский круг, русская поэзия 19 века, Пушкин, пушкиниана | Рейтинг: 0.0/0
ВИДЕОУРОКИ
ОБУЧАЮЩИЕ ФИЛЬМЫ ПО
   РУССКОМУ ЯЗЫКУ

ОТКРЫТЫЕ УРОКИ ДМИТРИЯ
   БЫКОВА

СКАЗКА

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ

ЛЕКЦИИ ПО РУССКОЙ
   ЛИТЕРАТУРЕ


ВИДЕОУРОКИ ЛИТЕРАТУРЫ В
   11 КЛАССЕ


ПИСАТЕЛЬ КРУПНЫМ ПЛАНОМ

ТВОРЧЕСТВО ГОГОЛЯ

ТВОРЧЕСТВО САЛТЫКОВА-
   ЩЕДРИНА


ТВОРЧЕСТВО НЕКРАСОВА

ЛИТЕРАТУРА ВОЕННЫХ ЛЕТ

РОДОВОЕ ГНЕЗДО ПИСАТЕЛЯ

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

***

АНТИЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА

МИРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА. ХХ ВЕК

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА
***

ЛИТЕРАТУРНЫЕ
   ПРОИЗВЕДЕНИЯ НА БОЛЬШОЙ
   СЦЕНЕ



ПИСАТЕЛИ И ПОЭТЫ

ДЛЯ ИНТЕРЕСНЫХ УРОКОВ

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

КРАСИВАЯ И ПРАВИЛЬНАЯ РЕЧЬ

ПРОБА ПЕРА

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ

Поиск

"УЧИТЕЛЬ  СЛОВЕСНОСТИ"
РЕКОМЕНДУЕТ








ПАН ПОЗНАВАЙКО


Презентации к урокам


портрет Пушкина
ВЫШИВАЕМ ПОРТРЕТ ПИСАТЕЛЯ
Друзья сайта

  • Создать сайт
  • Все для веб-мастера
  • Программы для всех
  • Мир развлечений
  • Лучшие сайты Рунета
  • Кулинарные рецепты

  • Copyright MyCorp © 2016  Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru Каталог сайтов и статей iLinks.RU Каталог сайтов Bi0